Пока Земля была еще в неостывшем состоянии, не было еще смены спокойных периодов и геологических революций, и, значит, говорить о геологических годах не приходится. Потом Земля застывает, появляются океаны и материки; трижды происходят геологические революции; проходят, иными словами, три геологических года. Они оставляют свой след в земной коре; поэтому мы и знаем о них. Но как изменилась за эти три великих года жизнь на Земле, мы сказать не можем, потому что не находим окаменелостей в пластах тех времен. Потом настает четвертый год, который охватывает кембрийский и половину силурийского периода. Это год океанической жизни, год господства трилобитов. Новый, пятый год сразу же приносит трилобитам гибель: они, очевидно, не выдерживают тяжелой зимы. Этот год, охватывающий половину силурийского, девонский и каменноугольный период, оказывается годом переселения многих растений и животных из морей на сушу, годом расцвета гигантских лесов на Земле.
Затем наступает шестой год; суровая зима губит каменноугольные леса и гигантских насекомых; преобладание получают сначала земноводные, потом пресмыкающиеся, в особенности ящеры.
Кончается этот год, и вместе с ним кончается владычество ящеров. Новый год — это год быстрого развития млекопитающих, особенно человека. Вся протекшая пока история человеческого рода умещается в крохотный отрезок этого геологического года.
Да, если мерить время геологическими годами, то можно сказать: человеческий род существует пока еще очень недолго, приблизительно 1/360 долю геологического года — один геологический день!
Вот чему учит геология. И, мне кажется, она учит нас, людей, скромности.
Так же, как астрономия показывает, что наше жилище — Земля — только одно из бесчисленных небесных тел, космическая пылинка, так же геология показывает, что наша человеческая история только один геологический день из протекших уже нескольких тысяч таких дней — капля времени.
А история жизни на Земле показывает, что человеческий род только один из ростков одной из веток дерева жизни, а таких ветвей на дереве жизни бесчисленное множество.
Геология учит нас скромности. И вместе с тем она, также как астрономия, учит нас гордости.
Бесчисленное количество звезд в небе, и Земля по сравнению с ними пылинка; что же мы по сравнению со звездой? Но мы сумели построить приборы, которыми уловили их зыбкий свет и сфотографировали его, сумели по этому далекому свету догадаться о строении звезд, узнать, из каких веществ они состоят.
Невероятно огромна вселенная по сравнению с человеком, и все же мы поняли ее порядок.
Невероятно мал срок человеческой жизни по сравнению с историей Земли; наш век, действительно, напоминает век бабочки-однодневки; нет, он даже меньше; если история всего человеческого рода занимает только один геологический день, то чему же равен срок жизни каждого человека? Несколько геологических секунд!
А все существование геологии, как науки — науки об истории Земли, — укладывается в половину геологической минуты.
И вот, оказывается, за эти полминуты мы сумели проникнуть в тайны Земли, восстановить всю ее сложную и длинную историю. И за это же время мы сумели достичь таких успехов, которых никогда — даже приблизительно — не достигали никакие существа на Земле ни в какие, даже самые длинные сроки.
Мы — только одна из бесчисленных веточек дерева жизни на Земле; но разве какие-нибудь другие животные могут сравниться с нами?
По строению тела мы очень похожи на обезьян, и мы действительно их родственники, как бы двоюродные братья.
Но посмотрите, как непохожа наша жизнь на жизнь наших двоюродных братьев! Мы строим города, перекидываем через широкие реки мосты, пробуравливаем как иглой горы, разрезаем точно бритвой материки; мы глядим в телескоп и видим самые далекие звезды; глядим в микроскоп и видим самые крохотные бактерии; мы дирижируем электро- и радиоволнами; мы научились летать.
Всего этого мы достигли за ничтожно короткий срок. И впереди у нас нет предела.
А наши двоюродные братья и сейчас кувыркаются на деревьях и ищут зубами блох, совсем как сотни тысяч лет назад.
Один астроном приводит, помнится, такое сравнение: если время, протекшее за всю человеческую историю, обозначить толщиной почтовой марки, то время, которое людям еще предстоит прожить на Земле прежде, чем Землю постигнет какая-нибудь катастрофа, время это придется обозначить высотой огромной башни.
Сравните почтовую марку и башню, и тем самым вы сравните наше прошлое и наше будущее на Земле. Но за этим будущим последует еще, конечно, новое, трудно представимое будущее, потому что люди через сотни миллионов лет будут, надо полагать, так могущественны, что гибель Земли не окажется гибелью для них; они, например, смогут переселиться на другие планеты.
Но мы имеем право гордиться уже и тем, что достигнуто сейчас.
Изменение поверхности Земли всегда шло независимо от нас, оно управляется геологическими законами. Мы могли только наблюдать, как меняется карта Земли, изучать ее. А сейчас мы не только ее изучаем, но и меняем ее.
