Но рекордные подъемы на высоту ставились преимущественно на специально построенных, максимально облегченных самолетах и имели только спортивное значение.
Коккинаки был всегда верен принципу советской авиации — летать с полезным грузом, добиваться результатов, которые могли бы найти практическое применение.
...В письменном столе летчика лежат три диплома первой степени, датированные 14, 15 и 17 ноября 1958 года.
На этот раз в его распоряжении был четырехмоторный турбовинтовой гигант «ИЛ-18». Летчик присутствовал при рождении этой замечательной машины, испытывал ее, летал на ней низко и высоко, на ближние и дальние расстояния.
Через двадцать лет после установления своих знаменитых рекордов Коккинаки вновь поднимается на высоту 12471 метр, но теперь его машина имеет на борту пятнадцать тонн груза. Высота почти прежняя, а нагрузка в тридцать раз больше. Не зря два десятилетия трудились ученые, конструкторы, инженеры, техники, рабочие и, конечно, летчики-испытатели.
Десять тонн «взлетели» на 13 154 метра, а пять тонн на высоту в 13274 метра. Была вписана еще одна страница в историю отечественной и мировой авиации, и заполнил ее летчик в таком возрасте, когда мало кто летает и никто не думает о рекордах.
...Владимир Ильюшин после своего замечательного подъема на высоту, отвечая на замечание корреспондента о том, что он выглядит очень молодо, напомнил постулат теории относительности: чем больше скорость, тем медленнее течет время.
— Мы быстро летаем и потому не стареем, — пошутил летчик.
Владимиру Ильюшину только 27 лет, и, сказав так, он не столько имел в виду себя, сколько своего учителя и старшего друга Владимира Константиновича Коккинаки.
Над волнами Атлантики
У Коккинаки накопился богатый опыт скоростных и дальних перелетов. Став победителем в международных соревнованиях за высоту, он успешно включился в борьбу за скорость и дальность.
Летом 1937 года он вместе со штурманом Бряндинским на «ЦКБ» совершил перелет по маршруту Москва — Севастополь — Свердловск — Москва, протекавший в очень сложной метеорологической обстановке. Когда после перелета спортивные комиссары сняли барографы и авиационные специалисты обработали материалы, появился такой документ:
«Согласно акту хронометража Государственного астрономического института им. Штернберга средняя скорость составляла 325 км 257 м в час.
Достигнутые результаты признаны:
а) Всесоюзным рекордом скорости с коммерческим грузом 1000 кг на участке 5000 км.
б) Всесоюзным рекордом скорости с коммерческим грузом 500 кг на участке 5000 км.
в) Всесоюзным рекордом скорости на участке 5000 км без коммерческой нагрузки».
Вскоре ФАИ зафиксировала эти рекорды как международные.
С такой скоростью тогда не летал еще ни один летчик мира не только с грузом, но даже и без груза. И вот у советского пилота и его штурмана зародилась мысль о переброске кратчайшего воздушного моста из СССР в США. Впервые туда летал летчик С. Шестаков еще в 1929 году. Ему потребовалось 137 летных часов. Через восемь лет В. Чкалов и М. Громов также совершили перелет в Америку. Им понадобилось около трех суток. Коккинаки решил проделать этот путь за одни сутки.
Когда в Советском правительстве обсуждался вопрос об организации беспосадочного перелета Москва — США, конструктора самолета спросили:
— Гарантируете ли вы в случае необходимости посадку на море?
Ильюшин ответил:
— Гарантирую посадку в Северной Америке!
Это не было пустой фразой. Конструктор верил в свою машину, верил в летчика.
Но Коккинаки и Бряндинскому не сразу разрешили этот перелет. В Совнаркоме сказали:
— Сначала слетайте на Дальний Восток за сутки!
Примерно такое же указание получил и Валерий Чкалов со своим экипажем, когда просил разрешения на перелет из Москвы в Америку через Северный полюс. Чкаловская тройка совершила тогда исторический перелет Москва — остров Удд.
Как и Чкалов, Коккинаки считал перелет на Восток генеральной репетицией труднейшего трансконтинентального рейса.
Эта проверка сил и возможностей самолета прошла блестяще. В июне 1938 года Коккинаки и Бряндинский, стартовав с подмосковного аэродрома, опустились в Спасске, вблизи Владивостока. На воздушный путь из советской столицы к дальневосточной окраине огромной страны ушло только на 36 минут больше суток.
В потоке поздравительных телеграмм, полученных Коккинаки, имелась одна, которая его особенно обрадовала и тронула. Она была послана из Новороссийска звеном портовых грузчиков Неворкова:
«Горячо поздравляем Вас, Владимир Константинович, с блестящим перелетом. Мы, работавшие долгое время с Вами, обещаем не подкачать. У Вас будем учиться мужеству и отваге».
Правительство присвоило В. К. Коккинаки и А. М. Бряндинскому высокое звание Героя Советского Союза.
Им было разрешено начать готовиться к перелету Москва — США.
К великому горю Коккинаки, эта подготовка шла уже без Бряндинского. Его друг и бессменный штурман погиб. Долго искал Владимир Константинович ему замену.
В конце концов его выбор остановился на спокойном, неторопливом, хорошо знающем штурманское дело Михаиле Харитоновиче Гордиенко.