Мама уйди в сторону, оставь, сделай так, как сама мне всегда говорила поступать. Уйди оттуда, спрячся, иди ко мне, мамочка.
Слезы текли по щекам, сами по себе, как вода. Я ведь никогда не плакала. Одно из выведенных мной самой правил для снижения риска опасности. ОН хотел видеть меня счастливой.
Тишина и темнота окружали меня, они мои единственные друзья. Но сейчас из-за напряжения казалось, что они не обволакивают ватой как обычно, а колют тысячами острых игл, покалывает все тело, а еще течет соленая вода из глаз.
ТОТ, кого называют моим отцом, лежит на черной земле и вокруг тела растекается еще большая чернота. В сумерках не видно, но я знаю, что это кровь. Убивший ЕГО вер просто разворачивается и уходит, а остальные склоняют головы перед другим.
ОН лежит неподвижно, безумие молчит, оно само себя убило. Природа безумия суицидальна, саморазрушающая. ОН, однако не хотел уходить один, ОН хотел с нами.
Как хорошо... Господи, КАК хорошо!!! ЕГО нет. Риска тоже больше нет, его не осталось. Даже минимального.
Хочется воздуха, его так мало вокруг. Делаю глубокий судорожный вдох и откидываюсь на полу на спину. Все кончилось, ЕГО больше нет. ОН мертв и ЕГО безумие вместе с ним МЕРТВО.
Он мертв, а мы живы. Мама и я живы и можем теперь ЖИТЬ.
Спасибо тем верам. Я им так и сказала. Что здесь такого? Оборотни, и наши и чужие, продолжали ходить туда- сюда по поляне. Кто-то разговаривал, наверно, новый глава разбирался с новыми подчиненными и делами в клане.
Меня колотила дрожь и я не могла выровнять дыхание. А еще не могла перестать улыбаться. По настоящему, счастливо улыбаться, а не растягивать губы.
Да, вот смешно. ОН хотел, чтобы я улыбалась: "Ты счастлива?" блестя глазами, спрашивал ОН.
- Да, я счастлива, - ответила бы я сейчас абсолютно искренне. ЕМУ надо было для этого всего лишь умереть. Подохнуть.
В темноте подхожу, вероятнее всего, к новому главе.
-Спасибо! - громко и ясно, искренне произношу.
- Вы нас спасли. Спасибо! - улыбаюсь и смотрю на ошеломленных оборотней. И не боюсь. Я больше ничего не боюсь. Как будто заново родилась в этот прекрасный и свободный мир!
Что со мной, наверно, я тоже безумна, или это истерика?
Побежала, размахивая руками к маме, обняла, прижалась как в детстве и рассмеялась счастливым смехом свободного вера. Мама плакала и обнимала меня крепко- крепко.
- Мама, все кончилось! Ты слышишь? Все кончилось!! - я шептала, кричала, смеялась, а она закрыв глаза рыдала и молча прижимала к себе. Оборотни из нашей стаи смотрели с презрением и ненавистью, а кто-то и с сочувствием. Чужие же напряглись и наверняка подозревали нас в самых страшных грехах.
Мне же было все равно. Единственное родное и близкое мне существо - рядом, цела и невредима. А на всех остальных мне плевать. Я не собираюсь сдесь задерживаться и маму не оставлю тут.
Что делать я знала. Чем еще заниматься кроме выживания, будучи запертой в клетке с безумцем, как не строить планы побега и не мечтать о другой, настоящей жизни?
Я с самого раннего детства много читала, спрятавшись в небольшую полукруглую нишу за кроватью в моей спальне. Мама придумала для меня это убежище. Огороженное резной спинкой кровати и плотной шторкой за ней, оно было практически не заметным, если целенаправленно конечно не искать, и забраться в него можно было только проползая под кроватью.
Я сидела там целые дни напролет, читала и чувствовала себя в относительной безопасности. Однако все равно настороже. А вдруг услышу крик или рык, или с грохотом упавшую вазу, грохот разрушаемой мебели...Надо было быть начеку, услышать, успеть и если что, спасти маму.
А мама и книги спасали меня. От НЕГО, от его безумия, от одиночества и чужой ненависти.
В школу я не ходила, но со мной занимались приглашенные педагоги из клана. Они меня учили и ненавидели. Я быстро научилась отделять одно от другого. Процеживать полученные знания от ненависти. Мне ведь было наплевать на этих педагогов, сменяющих друг друга с завидной регулярностью.
Знания и книги для меня как другая вселенная, интересная, живая, захватывающая. Ведь реальность состояла лишь из страха, ненависти- моей и чужой, и мамы.
Я строила планы, просчитывала варианты, перебирала страны и города, профессии, организации, школы, университеты... В маленькой нише в стене, освещенной лишь слабой лампочкой для чтения, я построила целую жизнь. Спланирывала и расчитала.
До того дня, когда Рене Морруа убил Дурси, все мои мысли оставались лишь мечтами помогающими выжить. Не знаю, смогли бы мы когда либо выбраться из этого безумного клана. Может если бы я была сильнее, смелее и умнее, я бы смогла осуществить хоть один из своих планов. Например, убить Дурси. Как я мечтала!
В тот вечер, после того как поблагодарила нового главу своего бывшего клана, я развернулась и повела маму домой. Она вела себя инертно,была настолько растеряна и подавлена, что не сказала никому ни слова, послушно давая себя увести.
Когда остальные присягали на верность новому главе, я не склоняя головы, двигалась в сторону громады дома.
