Находись перед Аленой женщина, ее только раздражали бы эти нехитрые уловки. Но она имела дело с мужчиной, который застыл на месте, выпучив глаза.
– Вы кто? – требовательно спросила Алена, подхватывая соскользнувшее полотенце. – И что вам здесь нужно?
За плечом первого полицейского выросла голова напарника, который тоже выпучил глаза.
– Сработала сигнализация, – просипел он.
– Это повод врываться в мой дом, когда я принимаю ванну?
– Вы здесь живете? – уточнил другой полицейский.
– Нет, зашла искупаться! – ответила Алена и, заподозрив, что у визитеров может отсутствовать чувство юмора, добавила: – Конечно, я здесь живу. Моя фамилия Колесникова.
– Жена Бориса Аркадьевича?
– Ну не дочь же!
Алена занялась перемоткой полотенца, но, хотя зрелище получилось захватывающее, оно не увлекло полицейских настолько, чтобы они совершенно забыли о своих обязанностях.
Один из них достал мобильник, не сводя плотоядного взгляда с Алены. Разговор с хозяином не занял много времени. Выключив телефон, полицай сообщил напарнику:
– Все правильно. Борис Аркадьевич в Италии. Жена недавно предупредила его, что заночует тут. Тишины ей захотелось. А про сигнализацию, как всегда, забыла.
– Что же вы, уважаемая, нарушаете? – упрекнул Алену второй полицейский.
Она тут же перешла в активное наступление:
– Кто здесь нарушает, так это вы! Выметайтесь немедленно! Что уставились? Вот я начальству вашему пожалуюсь!
Стражи порядка ретировались столь поспешно, что один чуть не скатился с лестницы кубарем.
– Вы это, не серчайте, дамочка, – крикнул один снизу. – Вся полиция на уши поставлена, розыск опасных преступников объявлен.
– Каких преступников? – насторожилась Алена.
– Двое их. Он и она. Слепых детишек на органы разделывают. Мясников этих велено кончать на месте. Ур-роды!
– Они в детдоме работали, – подхватил второй полицейский. – Воспитательница и охранник. Такие навоспитывают, такие наохраняют.
– Ладно, ладно, свободны. – Алена помахала рукой с видом римской матроны, отсылающей рабов. – А то простужусь я здесь с вами. Дверь запереть не забудьте. И больше не врывайтесь без спросу.
– Служба у нас такая…
– На страже законности и порядка, так сказать…
Топая, сопя и толкаясь в своих неуклюжих бронежилетах, полицейские покинули дом.
– Ну ты и актриса! – восхитился Лунев, выбираясь из гардероба. – Даже документы не потребовали показать.
– Отвлекающие маневры. – Алена сделала вид, что вот-вот потеряет полотенце, но, когда Лунев направился к ней с немного задумчивым и решительным выражением лица, выставила перед собой ладонь и предупредила: – Даже не думай об этом. У нас времени в обрез. Слышал, что Борис полицейским сказал? Его нынешняя женушка сюда вот-вот нагрянет. И, подозреваю, не одна.
Женская интуиция не подвела Алену. Когда она и Лунев спустились в гараж, дверь с жужжанием поехала вверх еще до того, как Алена успела применить свой брелок. Незваные гости едва успели спрятаться за колонной из летних скатов и разобранной новогодней елкой, когда гараж залил яркий свет и туда въехала элегантная «ауди».
Покинувшая водительское кресло женщина в пятнистой шубе сразу попала в объятия своего спутника, выбравшегося из машины на пару секунд раньше.
– Все, – глухо произнес он, – не могу, зая! Хочу тебя прямо здесь и сейчас.
– Ты прямо как тот буддист, – игриво засмеялась женщина.
– Хуже. Иди сюда, на капот.
– С ума сошел! Мне только яичники застудить не хватало.
Они повозились еще немного возле «ауди» и поднялись наверх, оставив после себя запах парфюмерии и алкоголя.
Выждав несколько минут, Лунев и Алена забрались в еще теплую машину. Пока она открывала брелоком жалюзи, он покопался в бардачке и рассовал по карманам травматический пистолет и деньги.
– А еще в нашем распоряжении ноутбук! – объявила Алена, когда они выехали из ворот.
– Хороший улов, – одобрил Лунев, держась за руль.
– Ой, мы рассуждаем, как грабители.
– В глазах полицейских мы и есть преступники.
– Знаешь, – произнесла Алена, подумав, – а мне все равно. Главное сейчас – Настю спасти. Успеем?
– Должны.
С этими словами Лунев утопил педаль газа. Его лицо было сосредоточенным и мрачным.
В детском доме «Парус» пришло время укладываться спать. Дети выпили свое молоко с печеньем и были готовы слушать сказку на ночь. Елена Горобий уложила девочек в их кроватки и погасила свет. Каждый раз она спрашивала себя: зачем выключать свет в комнате, где спят слепые дети? В этом не было никакого смысла, но каждый вечер она все равно продолжала щелкать выключателем.
– Анечка, укрой ножки, – сказала Елена рыженькой девочке. – Ты замерзнешь, а у тебя только недавно ангина была.
Девочка натянула одеяло на босые ноги с отросшими ноготками.
– Тетя Лена! – позвала Катя громко. – Укрой и мне ножки.
