– Что вы хотите, госпожа? – Иду на уступки, с неприязнью осознавая, что на данный момент мне с ней не соперничать. Может, если исполню миссию…
– Ты должен проявить смекалку в выборе невесты.
– Это невозможно, госпожа. Любой мой недочет разглядят другие Стражи.
– В таком случае, Дарсаль, ты должен во что бы то ни стало стать ее личным Стражем. Она должна доверять тебе, как и император. Если сможешь – я скажу, что делать. Если нет, границы всегда нуждаются в патрулировании. Не забывай.
– Я помню, шри Шарасса.
Надеюсь, тебе недолго оставаться фавориткой. Аура императрицы должна быть безупречной, другую просто не потерпят. Надеюсь, ей удастся затмить тебя в сердце Иллариандра. Надеюсь, окажешься в заведении Бесстыжей Палми. Говорят, бывшие фаворитки там пользуются спросом. Улыбаюсь, хоть и утопия. Не с твоим положением.
Шарасса передергивает плечами – льдинки в ауре осыпаются, растворяются.
– Не вздумай состязаться со мной, Дарсаль.
– Что вы, госпожа.
Это мы еще посмотрим.
– Ты знаешь, что я говорю правду, Дарсаль.
Знаю. Что бы ты там ни плела, но синие кляксы правды видны отчетливо. А вот пятен предательства, к сожалению, не заметно. Впрочем, тогда тебя и без меня отлучили бы.
Сигнал от входа – Лексий. Открываю вопреки недовольству Шарассы. Едва уловимый порыв ветра, сразу легче дышать. Ушла.
– Ого, какая красотка, – хмыкает Лексий, лишь только дверь за гостьей затворяется.
Пожимаю плечами. То, что мне видно, скорее уродливо. Но молчу, нельзя так о фаворитке.
– Куда едешь? – Лексий плюхается на диван, радужные волны по ауре.
Он всегда был безудержно веселым, что бы ни происходило.
– Йован.
– Так и подумал. – Кивает, струи беспокойства. – Будь осторожен. И… на вот, возьми.
Протягивает что-то, чего не могу рассмотреть. Приближаюсь, сажусь рядом, беру в руки. Ощупываю скользкий гладкий клубок.
– Мне нельзя, ты же знаешь, – вздыхаю я.
Работа такого мастера охраны, как Лексий, дорогого стоит. Но Стражам императора ни за чем нельзя скрываться.
– Знаю. Просто возьми с собой. Вдруг пригодится. Настроена на тебя, как только примешь – сразу же заработает.
– Спасибо, – говорю я.
Иногда думаю, что такой друг – это дар усовестившейся судьбы. После всего, что сотворила.
– Лия, ну ты идешь? – Нетерпеливая Алма стучит в дверь.
В последний раз бросаю взгляд в зеркало, поправляю выбившуюся прядь, приглаживаю одежду. Отворяю, ожидаемо встречая удивленный возглас:
– Ты чего в брюках? Разве не знаешь…
– Знаю, «брюки – рабочая одежда, уважающая себя женщина никогда не будет их носить, разве в случае необходимости», – цитирую наставниц. Красотка Алма при полном параде, черные глаза подведены, ресницы в три раза длиннее обычного, платье по фигуре, туфли, волосы распущены по плечам четко дозированными локонами. – Мне с вами не сравниться, да и… – Замолкаю, прислушиваясь к шевелениям совести.
Ведь обещала же Тересии. Ну я же только издалека, одним глазком! И я в брюках, и вообще… ну все же девочки идут, всем же любопытно! Даже мадам Джанс разрешила… Да я вовсе на крышу вылезу, спрячусь, мне бы только глянуть на наездников, да на их бурвалей страшных, да… да на стольких мужчин одновременно!
– Я обещала Тересии не ходить, – вздыхаю. – Поэтому на площадь с вами не пойду, так, немножко пройдусь… на город гляну.
– Как знаешь! – Им уже надоело меня уговаривать. И хорошо.
В холле собрались все девчонки постарше, группками – кто с кем дружит. У меня никогда не было слишком близких подруг, но, с другой стороны, и не враждовали.
– Девочки, дорогие мои! – напутствует в последний раз мадам Джанс. – Пожалуйста, будьте благоразумны. Понимаю, для вас это диковинка, последний приезд мужчин Айо к нам в Иштар случился лет десять назад, ох, сколько женщин понесло! Плодородный был год. Имейте в виду, я закрою глаза, если вдруг что, дети всегда нужны, а мужчины у нас редкость. Я и сама-то родила Салию после одного из таких приездов… – Мадам Джанс мечтательно закатывает глаза. – Жаль, не мальчишку, вообще беды не знала бы. Но все ж дитя, свое, родное, без стояния в очереди и выкупа разрешения, как для прочих незамужних. Девочки, к чему я это повторяю. Ребенка уж как-нибудь вырастим, а вот обещаний не вздумайте давать, не посоветовавшись со мной! Да и вообще не вздумайте. Когда мужчины ухаживают, это просто непередаваемое блаженство, а они там научены! Но не дайте вскружить себе голову, силовать вас никто не станет, но и детей оставлять нам они не жаждут. У них ведь тоже не все гладко. Будут обольщать и уговаривать. Но я никому не советую уезжать из Йована! Поверьте, лишь только окажутся на своей территории, все сразу же переменится, и будете там томиться почище пленниц!
– А императрица? – рискует кто-то спросить.
