– Не из-за всей этой путаницы, – уточнила я, махнув рукой так, словно это было очевидно. – Но ты почти две недели знал, что наломал дров, хотел меня вернуть и ждал, чтобы сказать мне об этом?
– Эй, – сказал Клэй и, привстав, взял с тумбочки свою книгу. – Нужно время, чтобы написать и напечатать книгу, понимаешь? Даже такую дерьмовую.
Я выхватила книгу из его рук и с улыбкой полистала.
– Она и правда чудовищна.
– Знаю.
– Но тебе не нужна книга, чтобы рассказать мне о своих чувствах, – заметила я и посмотрела на него снизу вверх.
– Мне нужен был широкий жест, – возразил Клэй. – Я не мог просто заявиться к тебе, поджав хвост.
– Нет, мог.
– Это было бы не так романтично.
– Или публично, – смеясь, заметила я.
– Теперь все знают, что ты моя. – Клэй выхватил у меня книгу и откинул ее в сторону, а потом прижал к кровати и стал покрывать поцелуями мою шею, пока я смеялась и извивалась от его щекотки.
Через минуту он остановился и замер надо мной. Клэй посмотрел на меня нефритовыми глазами и покачал головой.
– Что? – спросила я.
– Просто… Я думал, что потерял тебя. Навсегда. Думал, что больше никогда не смогу быть здесь, обнимать тебя так, прикасаться к тебе, целовать. – Его лицо исказилось от боли. – Я умирал без тебя.
– Даже не стану говорить, сколько пачек «Читос» я съела.
Он ухмыльнулся, убрал волосы от моего лица, аккуратно снял очки и отложил их в сторону. Затем притянул к себе и прижался губами к моим, окутав их чувственным теплом.
Мое тело ожило под этим поцелуем, под мощными руками, которыми он прижал к себе мои бедра, а потом лег на меня сверху. Я застонала, почувствовав его возбуждение, и впилась ногтями Клэю в спину.
Мы тут же позабыли о разговорах, самозабвенно целуясь, пока не начали тяжело дышать, стонать и срывать с себя ту немногочисленную одежду, что осталась на нас после первого раунда. Когда с ней было покончено, Клэй лег на спину и помог мне сесть у него на коленях.
Только подтянул меня повыше.
– Что ты делаешь? – прошептала я.
– Хочу, чтобы ты села мне на лицо.
Я заартачилась, но даже не успела улизнуть или возразить ему, как Клэй рывком поднял меня, усадив себе на плечи, и моя промежность оказалась точно над его лицом. Он провел руками по моим ребрам и, обхватив за попу обеими ладонями, притянул к себе.
А мне оставалось только держаться.
Я быстро подняла руки и крепко вцепилась в изголовье кровати, когда Клэй не только провел языком, но руками, которыми обхватывал мою задницу, прижал к себе и мои бедра. Я раскачивалась, потираясь о его рот, пока он кружил, работая языком, посасывал и облизывал.
Голова приятно закружилась, и я почти смутилась, кончив по его милости слишком быстро, но Клэй не отстранился и все равно жадно ласкал меня. Только когда я задрожала от экстаза, он осторожно помог мне спуститься, а потом перевернул на живот и стал покрывать поцелуями мою спину, на какое-то время пропав и вернувшись с презервативом.
Перед глазами вспыхнули звезды, когда Клэй вошел в меня сзади и крепко схватил за бедра, подтянув к себе и заставляя прогнуться в пояснице, когда вышел и снова с силой погрузился в меня. Мне до жути хотелось быть ближе к нему, потому я встала на колени, одной рукой обхватив его за шею, а другой потянувшись к его заднице.
Он простонал, когда я сжала его мышцами, вбирая в себя, и прижалась задницей, умоляя о большем. Клэй проложил дорожку поцелуев на моей шее и прикусил зубами мочку уха, на что в ответ я простонала и снова прижалась к нему.
– Ты моя, Джиана Джонс, – прорычал он мне на ухо и провел рукой по моей груди, а потом сжал мое горло. Охнув от удовольствия, я выгнулась. – И я никогда тебя не отпущу.
Когда мы вернулись ко мне в квартиру, наш первый раз после воссоединения произошел быстро, лихорадочно и сумбурно и кончился прежде, чем мы успели перевести дыхание. Но сейчас Клэй не спешил, и каждый его толчок был решительным. Только я подумала, что он уже готов кончить, как Клэй вышел из меня, крепко поцеловав, и поменял позу.
Вскоре я снова испытала оргазм, и Клэй наконец кончил в меня, пока мои лодыжки лежали у него на плечах. А когда он понес меня в душ, ибо я чувствовала такую слабость в ногах, что не могла ими даже пошевелить. Клэй сел под струю горячей воды и прижал меня к груди.
– Я тебя люблю, – прошептал он, приподняв мой подбородок.
– Я тебя люблю, – вторила ему я, запустив пальцы во влажные волосы у него на затылке.
А потом он меня поцеловал, и впервые в жизни я почувствовала себя главной героиней.
Которая заполучила свое «долго и счастливо».
Мы целых двадцать секунд пялились на тренера Сандерса и просто молчали.
А потом разразился чертов хаос.
– Что?!
– Вы не можете просто взять и уйти!
– Мы только что проиграли. А теперь еще и эта хрень?
– Проиграли в прямом смысле этого слова.
– Мы же в ударе. Зачем вам уходить?
– Без вас нам никак!
