Однако, задумываться над этим было некогда, ибо сзади кипела битва. Воин с непокрытой головой, с большим, во всю скулу, свежим кровоподтеком, с трудом отбивался от наседающего на него Фило. Как раз, когда Слепец обернулся, Мышонок дернул поводья, заставляя коня резко развернуться. Тот пихнул пешего воина грудью и свалил с ног. Фило свесился с седла далеко вниз и пронзил барахтавшемуся в снегу противнику шею. Слепец радостно оскалился, потрясая мечом, но тут же радость сползла с его лица: стоявший в телеге воин целил в него из лука. Времени оставалось только на то, чтобы судорожно хлебнуть воздуха. Будет потом, что выпустить вместе с кровавыми слюнями, как тому мальчишке - это видение вихрем пронеслось прямо перед открытыми глазами. Но в самый последний момент лучник пошатнулся и послал стрелу мимо. Из его кольчужного живота вылезло острие копья. С перекошенным лицом воин поглядел на него и прямо в этом положении, согнувшись вперед, завалился на борт повозки, да так и остался на нем висеть с торчащим из спины древком. Позади телеги появилось раскрасневшееся, лучившееся самодовольством лицо Морина. Подъезжая к нему поближе, Слепец отсалютовал мечом.
– Не верю своим глазам! - закричал он. - Я-то, каюсь, думал - прячется Приставала где-нибудь за валунами, или бегает кругами, как заяц.
– Заяц превратился в медведя, - поддержал восхищенную речь Фило, приблизившийся с другой стороны. - Он ведь еще и камень бросил, да так ловко, что тот копейщик с коня вверх тормашками полетел! Кабы не Морин, туго мне пришлось с ним биться.
От похвал Приставала покраснел еще больше. Смущенно потупившись, он стал отламывать щепочки от борта повозки и кидать их под ноги. Слепец широко улыбнулся и спрыгнул с коня рядом с последним живым воином - тем самым, которого он сбил с ног ударом ноги в начале схватки. Теперь этот вояка, весь перемазанный кровью из разбитых губ и носа, только-только приходил в себя.
– Надо его прикончить, - пробормотал Слепец, и занес меч, намереваясь раскроить окровавленному человеку голову.
– Оставь! - Фило потянул его за рукав. - Зачем быть таким кровожадным?
– Какая кровожадность?! - возмутился Слепец. - Эти люди набросились на нас, не удосужившись поговорить, и получили по заслугам. Судя по их поступкам, благородства от подобных типов ожидать не приходится. Сейчас мы оставим его в живых, а завтра утром он прикончит нас.
Высвободив руку из хватки Мышонка, Слепец крючками ухватил спутанные волосы неразборчиво мычащего солдата, запрокинул вверх его голову и быстро чиркнул по горлу мечом. Кровь из раны брызнула так сильно, что залила стоявшего в полудюжине шагов беспризорного коня. От неожиданности тот отпрыгнул в сторону и испуганно заржал, а потом с храпением умчался прочь.
– Очень правильный поступок! - простуженный голос, внезапно донесшийся из клетки, заставил всех вспомнить о пленнике. - Не знаю, кто вы такие, но по отношению к этим проклятым рыбакам годятся любые методы, уверяю вас!
Толстый старик стоял, ухватившись руками за брусья решетки, преграждающей ему путь к свободе. Его длинные седые волосы были темно-серыми и лоснились от многодневной грязи. Бледную кожу на пухлых щеках тоже покрывали черные разводы, ясно видимые даже на фоне щетины стального цвета.
– Выпустите меня из заточения, благородные путешественники, и помогите добраться до города из Розового камня. За это вы получите щедрую награду, ибо я - человек далеко не из последних.
– Мы убили этих воинов не из-за награды, - сурово заметил Слепец, пытаясь понять, что за человек перед ним. Торжество и отголоски страхов владели сейчас этим толстяком; надменность, жадность и все прочее прятались за этими двумя, самыми сильными, чувствами.
Получив знак от Слепца, Морин подобрал валявшуюся рядом киянку и несколькими неловкими ударами сбил с клетки замок. Фило подъехал к повозке и услужливо напялил на голову бывшего пленника теплую лисью шапку, принадлежавшую одному из убитых воинов.
– Благодарю вас всех! - важно ответил толстяк и небрежно склонил голову. Смотрел он только на Слепца, безошибочно узнав в нем главного. - Могу ли я просить подвести мне лошадь? Артрит и ревматизм сковывают мои кости, как тиски, поэтому я не в состоянии двигаться достаточно быстро и ловко…
Он развел руками, всем своим видом выражая глубину своего страдания по этому поводу. Слепец сам отъехал в сторону, чтобы подцепить крючком узду одного из бесхозных коней и подвести его к повозке. В глазах толстяка мелькнуло сомнение - он был сбит толку тем, что человек, принятый им за предводителя, не отдал приказ, а взялся исполнять просьбу сам. Впрочем, это не помешало ему удивительно ловко вскочить в седло - гораздо ловчее, чем это сделал молодой и не страдающий пока ревматизмом Приставала. Ага, этот тип уже хитрит! - с неудовольствием подумал Слепец. Важная шишка, привыкшая полагаться на слуг и считающая неприличным собственноручно ловить коня, когда рядом есть низшие по званию.
– За мной! Скорее! - повелительно сказал толстяк. - Остальные могут вернуться сюда с минуты на минуту.
