– Как то существо в подвале? – я вспомнил о кикиморе.
– Знаешь Зою?
Громовой поднялся из-за стола и подошёл к окну. Он отодвинул рукой занавеску и уставился в ночную темноту.
– Мы не успели представиться друг другу. Она кикимора… так ведь называют умерших маленьких детей, которые… – мне сделалось противно от мысли о смерти маленького ребёнка.
– Да, ей было два, когда пьяный отец, работавший здесь сторожем, столкнул её с лестницы за непослушание… Невинно-убиенное дитя – вот кем станет наследница, вмешайся мы сейчас. А если она застрянет между Обществом и Братством, не видать нам спокойствия.
– Боже мой, Митя! Но как вообще такое возможно? Почему именно твоя дочь? – негодовал я.
– Это насмешки Лизы за мою слабость, – тоскливо ответил он.
– Лже-наследницы? – уточнил я.
– Да. Теперь она супруга Сатаны, а моё дитя – их дитя.
Громовой повернулся ко мне. От него веяло спокойствием, но я был уверен, что он глубоко запрятал от меня свои эмоции.
– Но ведь Нина…
– Нина – хорошая добрая девушка, – прервал меня Дмитрий, – она ни в чём не виновата. Это я был околдован Лизой в очередной раз. Никто не почувствовал, потому что никому из вас и в голову бы не пришло прощупывать меня.
– Оля могла бы, – вспомнил я о телепатических способностях моей дочери.
– Оля уехала. А когда вернулась, как и все вы, направила свою силу на мою жену, – объяснил Гром наш промах.
– Что думаешь делать теперь? – осведомился я.
– До конца буду с женой и нашим ребёнком. После отправлю Нину подальше от этого кошмара. Попрошу Оксану зачаровать её…
– Митя, мы боимся, что она не переживёт роды… она очень слаба.
– Значит, она попадёт в рай, – с безразличием ответил инспектор и направился в палату к жене.
– Как ты, Нина? – Дмитрий присел рядом с ней и взял её бледную, почти безжизненную руку.
– У меня почти не осталось сил… И меня мучают кошмары… – еле шептала она. – Знаешь, мне постоянно снится рыжая бесовка, она смеётся надо мной… Мне страшно, милый.
– Всё будет хорошо, – пообещал Гром. – Поспи немного… Оля, тебе не пора к Марье Фёдоровне? – обратился он к телепатке, находящейся тут же, в палате.
– Да, конечно, – согласилась она.
– Я провожу тебя… Я зайду к тебе позже, Нина, – инспектор поцеловал жену в лоб, после они с Ольгой вышли из палаты.
– Меня, кстати, тоже мучают её кошмары, – призналась Оля, беспрестанно слушающая мысли Нины. – Это… Это ОНА?
– Тебе рассказал Александр? – холодно спросил инспектор.
– Да, кое-что… Что происходит? – спросила она с уверенностью, что от неё что-то скрывают.
– Нина ждёт наследницу, – после небольшой паузы ответил Громовой.
– Боже мой! Её необходимо уничтожить! – на одном дыхании выкрикнула Оля.
– Пока нельзя, иначе она вернётся…
– Эй, инспектор, я понимаю, что она твоя дочь, но она само зло! – взмолилась Оля, желая, чтобы он к ней прислушался.
– Я знаю это. И знаю, что моя жена не перенесёт роды. Наследница забирает все её силы и жизнь.
– Мне очень жаль… – Оля опустила глаза.
– Мне тоже жаль несчастную. Она ни в чём не виновата, – его голос прозвучал несколько безразлично, заставив девушку посмотреть на него.
– Но… – попыталась возразить она, удивлённо распахнув глаза.
– Оля, ты же можешь прочитать мои мысли… – мягко произнёс Дмитрий, давая тем самым ей своеобразное разрешение. – Не мучай меня расспросами, прошу… Мне нелегко из-за того, что по моей вине страдает Нина.
– Ты не любишь её! – ещё больше удивилась Оля.
– Нет, и никогда не любил… Я привязался к ней не по своей воле, женился не по любви… Это было наваждение…
– Значит… – девушка ждала с нетерпением, что он скажет.
– Это месть ведьмы, Оля. И я должен с этим справиться, как бы тяжело мне не было. Я ходил к митрополиту за советом, но так и не смог раскрыть ему всего.
– Мне иногда жаль, что я одна умею читать мысли, инспектор. Если бы ты мог… – произнесла она.
– Я не обладаю никакими сверхъестественными талантами. Моё призвание – уничтожить наследницу, только и всего. И я рад, что все вы рядом со мной, Оля… А теперь загляни в моё сознание. Я впускаю тебя… – Громовой взял девушку за руки и сосредоточился: – Прочти мои мысли, Олечка!
Она пристально посмотрела ему в глаза. Но не мысли были в его голове, а образы. Начиная с того дня, когда он впервые увидел Лизу на ярмарке, как потом спустя несколько лет уничтожил её, как мучился почти век, как встретил её вновь, спасая влюблённого гувернёра, доложившего о Жёлтом глазе. Потом в его голове сложился другой образ – маленькой девочки. Её нашел вервольф и предложил позаботиться о ней. Эта девочка была рядом уже тринадцать лет, и все его воспоминания основывались на её жизни. Оля помнила не все моменты, которые увидела в мыслях инспектора, но была крайне удивлена тому, что не замечала, какую важную роль играла в его жизни… А после он подумал специально для неё. Всего три слова, но те, о которых она грезила с того самого дня, когда он вышел из машины перед Букингемским дворцом. И эти слова были: «Я тебя люблю».
– Митя… Но почему раньше ты не давал мне возможности увидеть это? – с горечью спросила она.
