Глава преступной организации умел подбирать людей. Рост тасконца наверняка под два метра, а вес не меньше ста килограммов. Такой гигант способен противостоять кому угодно. Без сомнения, он чувствует себя хозяином положения. И именно в этом его главная ошибка.
Никогда нельзя быть уверенным в победе. Полковник обернулся к офицерам и тем самым отвлек внимание охранника.
— Да, майор, не уважают тебя в городе, — вымолвил Ил и в тот же миг резко рубанул ладонью парня по шее.
Издав хриплый звук, бедняга повалился на ступени лестницы.
— Так-то лучше, — бесстрастно произнес Беркс, берясь за ручку двери.
Шохонс с горечью смотрел на лужу крови, появившуюся возле головы молодого человека. Теперь войны не избежать. А ее без полиции не начнешь. Полковник сам сжигает все мосты.
Между тем, события развивались стремительно. Ил не вошел, а буквально ворвался в холл. Вскочивший с кресла мужчина тотчас получил мощный удар в лицо и грохнулся на спину, уронив маленький столик с декоративной вазой. На шум выбежали трое здоровенных парней. Прежде чем агенты успели вмешаться, двое бандитов уже лежали на полу. Сбив с ног последнего и схватив несчастного за кадык, Беркс громко спросил:
— Где Чебанс? Я считаю только до пяти.
В глазах охранника мелькнул ужас. Незнакомец явно не шутил.
— Там… — указал на массивную дверь асканиец. — В игровом зале…
— В семь утра? — удивился полковник. — Странно.
Ил крепко сжал пальцы, и парень потерял сознание.
С людьми главаря преступной группировки Беркс особо не церемонился. Они жаловаться в полицию не пойдут. А если кто и сдохнет, то невелика потеря. Леон без труда наберет новых бойцов. Недостатка в них нет. Место погибших и отправленных на каторгу тут же занимают другие болваны.
Уверенной походкой полковник пересек широкий холл и с силой распахнул обе створки двери. Увиденное зрелище поразило офицера. Посреди зала на огромном столе лежал труп молодого человека. Рядом горели сотни свечей.
В полумраке, низко опустив голову, стоял мужчина лет пятидесяти. На нем был дорогой черный костюм, явно одетый по случаю траура. По щекам хозяина особняка текли редкие крупные слезы. В том, что это Чебанс, Ил не сомневался.
Леон повернулся к вошедшим контрразведчикам, но не сказал ни слова. В глазах тасконца сверкала ненависть.
Неожиданно из потайной двери в помещение вбежали пятеро телохранителей. Бандиты держали в руках пистолеты и в любой момент могли открыть огонь.
Данный факт ничуть не смутил Беркса. Не испытывая ни малейшего страха, он приблизился к столу. На груди мертвого юноши отчетливо виднелось обширное кровавое пятно.
— Хороший удар, — равнодушно заметил Ил. — Несомненно, его нанес профессионал. Лезвие вошло точно между ребер.
— Заткнись, ублюдок! — воскликнул один из охранников, делая шаг вперед.
Движение асканийца остановила поднятая рука Чебанса. Главарь преступников посмотрел на незваного гостя и скорбно проговорил:
— Господин полковник, вы выбрали неудачное время для визита. Еще вчера я принял бы вас с подобающими почестями. А сейчас у меня траур. Сегодня ночью погиб мой единственный сын.
— Разведка в Смолске работает неплохо, — удовлетворенно сказал Беркс. — Значит, слухи о неограниченных возможностях Леона Чебанса ничуть не преувеличены. Вы действительно обладаете реальной властью. А именно это мне и нужно.
— Все, что угодно, но только через семь дней, — произнес мужчина. — Я не нарушу погребальные обычаи.
— К сожалению, у меня мало времени, — пожал плечами Ил.
— Ты оглох, болван! — выкрикнул неугомонный телохранитель. — Проваливай отсюда!
Не поворачиваясь в сторону бандита, полковник спокойно вымолвил:
— Леон, если не заткнешь ему пасть, он отправится на тот свет вслед за твоим несчастным сыном.
— Скол, уйди, — проговорил Чебанс.
— А теперь к делу, — продолжил Беркс. — Я знаю, что ты контролируешь район нищих. У тебя есть там и глаза, и уши. Любой незнакомец, вошедший туда днем или ночью, будет под постоянным наблюдением. Я правильно излагаю?
Вместо ответа тасконец утвердительно кивнул головой.
— Замечательно, — улыбнулся Ил. — Сегодня в половине пятого утра в квартал проникла группа хорошо одетых людей…
Лицо Леона исказила гримаса боли. Яростно сжав кулаки, главарь преступников произнес:
— Восемь человек: шестеро мужчин и две женщины.
— О-о, я вижу, что не ошибся в выборе, — заметил полковник.
— Они и убили Эдгара, — с горечью выдавил Чебанс. — Девчонка на удивление хладнокровно вонзила клинок.
Леон с ненавистью швырнул окровавленное оружие на стол. Ил взял в руки кинжал и начал его внимательно рассматривать. Двухстороннее очень острое и прочное лезвие, аккуратная пластиковая ручка с небольшими выступами для пальцев. Сбоку нанесена гравировка в виде букв «А Д В». Инициалы владельца? Вряд ли. Нож выглядел чересчур стандартно. Определенно заводское производство. Однако Беркс мог поспорить с кем угодно — подобные кинжалы на Аскании не выпускают. На допросе клинок будет веской уликой.
