Что ж, видимо Костя зовёт его покончить с их враждой раз и навсегда. Олег вернулся в гараж, достал припрятанную в одном из углов канистру с бензином, и щедро полил её содержимым все: любимую пятёрку Кости, его аудиосистему, деревянные полки для инструментов и прочего хлама, которые он смастерил собственными руками, а также тело Димы… Выйдя из гаража, Олег достал последнюю сигарету из своей пачки и закурил её, смакуя каждую затяжку, а когда тлеющий огонёк подобрался к фильтру практически вплотную, то он щелчком пальцев забросил окурок внутрь пропахшего бензином гаража. В свете яркого пламени вспыхнувшего пожара, Олег медленным шагом отправился на юг города…
— Ну здравствуй, Олежа, — сказал Костя, спрыгивая со сцены и глядя на открывающуюся с адским скрипом дверь в дальнем конце зала. Он поранил свою руку ножом, его зрачки зажглись фиолетовым огнём, а кожа окаменела, — может немного поболтаем, прежде чем начнём убивать друг друга? Помнится разговоры с тобой были… довольно неплохие.
— Нам не о чем разговаривать, — приближаясь медленным шагом и не спуская Костю с прицела ответил Олег.
— А чё ты тогда до сих пор не выстрелил? Вот она, твоя долгожданная месть, лежит прямо на открытой ладони. Тебе нужно лишь схватить её. Чего ты ждёшь, Жучара?
— Хочу, чтобы ты помучился ещё сильнее, чем твой дружок. Сейчас ты заорёшь так же сильно, как орал и он!
Олег нажал на курок и тёмная пуля пробила плечо Кости, но тот, вопреки всем ожиданиям, не скорчился от боли и не начал кататься от неё по полу, а продолжал смотреть своим холодным взглядом, к которому добавилась не менее ледяная улыбка.
— Что… Как?!
— Хех, думал я завизжу как в тот раз? — Костя слегка почёсывал свою сквозную рану, — значит из меня вышел бы отличный актёр… Разумеется, тогда я только притворялся, чтобы улучить момент и сорвать с твоей шеи амулет, но цепочка оказалась крепче, чем я ожидал. Вообще, это ведь вполне логичный вывод, что с окаменевшей кожей я не чувствую боли — какие нервы могут быть в камне? А вот когда она исчезнет, тогда…
— Не заговаривай мне зубы!
Олег выпустил ещё три пули по Косте, но тот вдруг резко бросился в его сторону, не обращая никакого внимания на раны в своём теле. В итоге Олегу пришлось поспешно стукнуть пистолетами в самый последний момент, чтобы увернуться от хватки Ломика.
— Да, мне слегка неприятно, когда моё тело пробивают насквозь, — повернувшись к противнику лицом сказал Костя, — но боюсь тебе придётся сделать из меня настоящее решето, прежде чем я откинусь. Хотя есть и иной вариант…
Олег не стал слушать и вновь открыл огонь, но вскоре ему опять потребовалось телепортироваться в сторону, чтобы Костя не налетел на него с разбегу.
— Ты так сильно ненавидишь меня, что даже не хочешь слушать мою болтовню? Небось считаешь, что я — это самый злой мерзавец из мерзавцев, который не заслуживает ничего, кроме смерти…
Пытаясь заставить его замолчать, Олег снова начал стрелять, но на этот раз Костя не бросился к нему в ответ, а отломал своим каменным кулаком одну из тонких лакированных дощечек, которыми была обшита сцена, и со всей силы запустил ею в своего противника. Если бы не замедление времени, то она прилетела бы точно в центр его лба и, как минимум, оглушила бы Олега на несколько секунд.
— Всё ясно, тебе просто хочется заткнуть меня…. Хотя на самом деле ты пытаешься заставить замолчать не меня, а свой внутренний голос… Знаешь, мы ведь можем войти в эту дверь вдвоём. Ты свалишь в свой пионерлагерь и устроишь себе вечное лето, а я буду бесконечно тусить с пацанами и братаном, и в итоге мы даже ни разу не пересечёмся за целую вечность…
Упоминание любимого лагеря из грязных уст Кости заставило лицо Олега скривиться в гневной ухмылке, и он вновь поднял свои пистолеты. На этот раз Костя побежал на него сжимая в руках ещё одну дощечку, и, как только Жучара телепортировался на пару метров в сторону, Ломик резко развернулся и запустил ей прямо ему промеж глаз. От неожиданного удара Олег пошатнулся и инстинктивно замедлил время, чтобы принять решение как действовать дальше, но Костя уже несся на него со всех ног… Через секунду они столкнулись и полетели на деревянный пол концертного зала. Олег выронил пистолет из левой руки, и тот оказался буквально в паре сантиметров от неё, а Костя наступил своей тяжелой ногой на его правую руку, которая до сих пор сжимала оружие, и обездвижил её.
