За одним расположились крепкие мужики и парни в коже, с обветренными лицами, похожие на охранников или наемников. Они так сильно не шумят, как наши, и явно не собираются гулять по-крупному. Наемники спокойно и тихо переговариваются и оценивают ситуацию вокруг. Их, таких опытных, оказалось человек шесть, еще четверо молодых, двое соседей одеты побогаче и сидят во главе стола, даже не на скамьях, а на отдельных стульях.
Похожи на купцов. Один из них поймал мой взгляд и сам настойчиво посмотрел на меня, но я отвел глаза и принялся рассматривать соседний стол.
Там все однозначно и понятно: коренастые и долговязые, с лицом печеной репы и широченными ладонями — настоящие лесорубы. Допив стопку, я расплатился и подхватив вторую пошел к нашему столу.
— Где ты пропадаешь⁈ — закричал Крос, показывая пустые кружки.
Вот это скорость! Парень сегодня решил набраться по-настоящему. Имеет право, ничего не возразишь.
На улице темнеет, и прислуга зажгла свечи. Парни подъели уже все закуски и запеченные овощи на столе, теперь ждут мясо. Мясо скоро принесли, два подноса со шкворчащей свининой, и праздник продолжился. Пиво течет рекой, Охотники несколько раз помянули павших друзей, особенно громко сдвигая кружки, прямо ударяя своими по другим и обильно проливая пиво на стол.
Пролить, как можно больше — в этом случае настойчиво требует память о друзьях. Шум стоит уже неимоверный, соседям приходится кричать друг другу. Я чувствую, что такая на редкость атмосферная вечеринка мне уже нравится.
Я отполировал ресу кружкой пива и наконец почувствовал себя в своей тарелке. Стало легко и весело, как в Питере с друзьями, когда выпивали в барах. Теперь ни баров, ни друзей прежних, ни такого пива больше никогда не увижу, если только сам его не изобрету. Правда именно в производстве пива я не силен, это не самогон проверенный.
Я смотрю на лица своих новых товарищей и лениво вспоминаю, как попал в караван, как мы шли до засады. Теперь и Ланку вспомнил с удовольствием, даже появилось желание начать новую жизнь с такой девушкой, зря все же отказываюсь от нее. Я так думаю, но сам понимаю, что всерьез об этом буду размышлять на трезвую голову, а сейчас просто мечтаю, и жизнь кажется яркой и прекрасной.
Чувство единения с соседями захватило меня, я так же громко ору по любому поводу и требую продолжения банкета. Потом заиграла ритмичная музыка и народ притих.
На маленькой сцене появилась девушка в нарядном бархатном платье, красном с зеленым, рядом пристроился на стуле длинноволосый молодой мужик, с чем-то похожим на скрипку.
Дождавшись тишины, которая наступила совсем не сразу, тронул струны и полилась грустная, трогающая за душу музыка. Теперь стало совсем тихо, народ замер и слушает. Немного позже запела и девушка, голос ее, грудной и очень чистый, усиливает впечатление от музыки.
Я потерялся во времени, слова я понимаю не все, смысл тоже ускользает от меня, но соседи подпевают и даже слезы появились у многих. Певица поет о тех, кто не дошел, кто остался лежать в равнодушных, снежных горах. Про тех, кому некому оказалось закрыть глаза. Видно, что слова берут за душу всех в зале. Что нет никого, кто не потерял родных, друзей, знакомых в этих горах. Она спела две песни, с долгими проигрышами на инструменте.
Как я понял, это грустная часть, чтобы размягчить сердца и задуматься о том, что стоит вообще быть щедрее друг к другу. После этого музыкант, не сильно спеша, обошел все столы в трактире со своей странной шапкой, туда щедро насыпали медных монет. Я не стал выделяться и кинул пару грольшей, хотя начал доставать серебро поначалу.
Я уже выставил пару кругов пива, парни еще не все проставились по очереди и наперебой зовут прислугу. Отрезав себе кусок мяса побольше, я наложил себе полную миску. Видя, что Крос снова показывает мне пустую кружку, попросил, теперь быстро подскочившую девку, повторить мне пива и ему снова уже шесть кружек.
Уже надоело постоянно заказывать понемногу, за Кросом все равно не угнаться.
Вроде еще семь данов остается в моем личном кредите, если правильно помню. Я режу сочное мясо, безо всяких гормонов и ускорителей роста, оно тает во рту. Мне кажется, что с таким аппетитом я смогу съесть целого поросенка. Пиво с мясом пошло на ура, я смачно чавкаю и вытираю пальцы о куртку, как делают все вокруг.
На такие мероприятия лучше ходить со своей салфеткой, еще один лайфхак для местных можно изобрести.
Снова заиграла музыка, пару мелодий музыкант наиграл один. Он встал из-за стола, где сидели то ли наемники, то ли охранники. Там его хорошо угостили, и играет он, уже пошатываясь и закрыв глаза. Мотив мелодий стал повеселее, народ опять подпевает музыканту.
Крос подсел ко мне и попытался что-то рассказать, но соседи напихали ему по ребрам, поэтому он замолчал, виновато улыбаясь. Мелодия все звучала и звучала, и я не заметил, как голос певицы влился в мелодию, расширил ее и поднял до небес. Скоро мы с Кросом, обнявшись за плечи и качаясь в такт, подвываем мотив, который я не знаю.
Но всем оказалось все равно.
