Для справки, так товарищ Сталин выразил свое восхищение от пиэски Максима Горького "Девушка и смерть". У Левы имелся очень своеобразный пантеон любимых героев, и Люма неоднократно предупреждала, что однажды его поймут буквально и набьют морду, причем не важно кто, почитатели за издевательство или противники за одиозность кумиров.
– Вот бы ее разыскать и прицельно подарить! Только надо тщательно продумать – кому именно, – Лева продолжил изысканную мысль. – Лично я не вижу в отечестве достойных кандидатов, но можно предметно помечтать.
– Бог с тобой, – сказала Люма. – Вредная все-таки это штучка, вон тетка Ира почти спятила, теперь ты с глобальными планами.
– Интересно, а причем тут Бакунины в двух экземплярах? – вдруг спохватился Лева. – Я, понятно, их найду, если они в директории значатся, но почему именно они?
– Вот уж не знаю, – неодобрительно отозвалась Люма. – Вроде бы речь о девушке шла, во всяком случае упоминалась какая-то "она".
– Да, у тетушки твоей все схвачено, но у нас в знаниях пробелы, ох как не хватает Алены Ивановны, – пожаловался Лева. – Она-то небось все знает, с полуслова просекла.
– Вот тебе и подходящая кандидатура, между прочим, – додумалась Люма. – Давай не будем ей мешать, она вещицу сама разыщет и развалит с ее помощью корпорацию "Мэй Кью". Это и будет доброе дело.
– Если бы я был так же уверен в гарантиях, как все вы, мистики, – заумно выразился Лева. – А проще – вдруг выдумки все это, и никакого урона ваша "слезка" не наносит? Тогда ростовщица просто прикарманит денежки, а мы будем локти кусать. Скорее всего, она так и собралась, ее вопросы права не волнуют, она заранее уверена, что все чужое – непременно ее. У моей мамашки тоже такая кузина имеется, если ей всего не отдают – скандал и семейная драма. Она с родной сестрой из-за дачного скворечника насмерть рассорилась, не хотела делить, подавай ей всю недвижимость.
– А тетку Иру жалко, – спохватилась Люма. – Что ей еще в жизни светит, кроме проклятой "Слезы"? От нас радости мало, подруга Алеша рванулась искать ее кровное наследство, только пятки засверкали, вот только с долгами расквиталась. Ничего, она новых понаделает.
– Ладно, не будем о печальном, – сказал Лева. – У Алеши Иванны компьютера пока нету, ей адреса с телефонами искать труднее. Бог даст – твоя тетушка ее обскачет. С нашей скромной помощью, ты только не препятствуй, ладно?
– А кто препятствует? – удивилась Люма. – Ищи себе этих Бакуниных на доброе здоровье. Может быть, это они «слезу» стащили, а потом наняли таинственную "ее" сбросить тетку Иру с обрыва.
– Элементарно, Ватсон! – зааплодировал Лев.
Но день чудес на этом отнюдь не закончился. Постепенно подтянулись предки Люмы, и Лева засобирался домой, заспешил на поиски загадочных Бакуниных. А Люма весь ужин протомилась, не решаясь начать разговор о теткиных долгах, вернее не знала, как подступиться к рассказу, не разглашая предшествующей истории. В конце концов девочка выпалила безо всякой подготовки, едва свалив посуду в мойку.
– Алена сегодня опять приходила, с теткой они поругались, и вот что я нашла на полу! – с тем Люма протянула отцу изодранные долговые обязательства.
– Зачем же ты ее пустила? – не по делу встряла Софья Павловна, естественно, она утомилась на службе и уловила лишь последнее – дочка не справилась с поручением.
– А ты, мама, ребят найми в камуфляже, они и не пустят, – огрызнулась Люма. – Можно подумать, что она спрашивала.
– Ладно, Сонь, не в этом дело, – примирительно заметил Сергей Федорович и передал жене бумаги для ознакомления. – Я же тебе говорил, Ирина что-то задумала. Просто не знаю, как быть. Хоть в Тверь поезжай обратно, надоело быть перед ней обязанным, стоит ли того проклятая жилплощадь? Если по-людски – то Ира и есть полная хозяйка. И никакая регистрация-приватизация не играет роли, мало ли что записано, долевая она или еще какая.
– Давай я с ней еще раз поговорю, – предложила Софья Павловна. – Ира больной человек, и мы действительно обещали ее матери-покойнице за ней смотреть, никуда не денешься. Это ведьма Алена ее с пути сбивает, а Ирине деваться некуда, какие у нее развлечения. Вот и…
– Мам, пап, я так поняла, что долги-то она погасила, – решила вмешаться Люма.
– Цыц, мелочь, тебя не звали, – беззлобно заметил отец. – А ты почем знаешь, чем она расплатилась, может, ведьма Алеша уже другую бумажку имеет, со всеми правами на эту площадь, и завтра нам предъявит – извольте съезжать!
– Ну это – положим, – успокоила семью Софья Павловна. – Для такой бумажки нужен нотариус и свидетели. А может и они были, ты их случайно здесь не видела, Люшенька?
– Обижаешь, начальник, – пробасила Люма, потом доложила тщательно выверенную порцию информации. – Не, пап, не волнуйся, ростовщица убежала стремглав, а тетка долго ее бранила. На соглашение это не похоже.
– Тайны мадридского двора, с ума с вами спятишь! Ну что говорить мне с Ириной, или подождать? – спросила совета доктор Софья Павловна.
– Она просила ее сегодня не беспокоить, – сообщила Люма.
