Виктор просто несся по коридорам в библиотеку. Через несколько секунд он уже был там. Парень нервно оглядывался по сторонам, немного задыхаясь от бега. В кресле у камина сидел Норманн – загадочный гость и читал какую-то книгу. Услышав шаги Виктора, старик поднял глаза и немного укоризненно взглянул на парня. После нескольких минут молчания Норманн, наконец, обратился к молодому человеку с вопросом: - Мистер Вэллор, вы что-то хотели? Вы не меня искали? Виктор разочарованно вздохнул и ответил: - Прошу прощения, я искал не Вас, и никак не хотел побеспокоить. – А кого же Вы тогда ищите? – с ядовитой улыбкой вопросил старик. – Это не столь важно, господин де Тильморант. – А я так не считаю… - с некоторой злобой в голосе продолжал эту беседу Норманн, - Избранный… - едва ли слышно прошипел старик, но Виктор расслышал это злобное шипение. – «Избранный»? Не обо мне ли это? – с сарказмом, в тон Норманну говорил парень. Старик встал с кресла и быстрым шагом приблизился к Виктору и теперь уже с явной ненавистью, глядя прямо в глаза, произнес: - Я все знаю! Все ваши жалкие планы. Никчемный мальчишка, ты думаешь помешать мне?! Знаешь ли ты, для чего я в этом проклятом доме? Знаешь?! – Норманн сжал кулаки от ярости и его било дрожью. У Виктора же, при его словах все внутри перевернулось, так как он мог только догадываться о смысле слов старика, но парень был спокоен как никогда, и немного неуверенным, испуганным голосом отвечал в тон: - О, милорд, Вы зря сомневаетесь в моей осведомленности. Я прекрасно знаю, почему Вы здесь. И поверьте, это ненадолго. Очень ненадолго. – Виктор дьявольски ухмыльнулся, хоть внутри у него все трепетало. – Ну что ж, мистер Вэллор, игра началась! – едва не закричал старик в истерике, - Я отправлю всех вас на тот свет! И тебя, мальчишка, и эту мерзкую полумертвую девчонку! Я отомщу за… - речь Норманна прервал голос Катерины: - Прошу прощения, если отвлекаю вас от беседы, я лишь хотела пригласить вас к ужину. Пройдемте. Ярость Норманна спала, ничего не ответив Катерине, он гневно смотрел на Виктора, как и Виктор на него. Старик прошел в коридор за женщиной, а парень остался стоять в библиотеке, едва сдерживая все более нарастающий гнев, но нашел в себе силы крикнуть матери, что ужинать не будет, так как не в настроении. Виктор в отчаянии опустился на кресло у камина, сжимая кулаки от ярости. Он смотрел в одну точку и шепотом рассуждал. – Значит, вот в чем дело. Авареско была права, говоря, что старик не чист. Скорее всего, это он виноват в ее гибели и пожаре вообще. И он будет действовать, ибо хочет ей отомстить, отправить назад в ад! Нам нужно лишь опередить его! – Виктор вскочил с кресла и ходил по библиотеки из угла в угол. Помещение было очень богатым. Двойные дубовые двери на входе в кладовую знаний, бордовая ковровая дорожка, застилающая расширение перед входом, где и располагались книжные стеллажи. Здесь их было всего шесть, но далее следовало что-то вроде комнаты: стеллажи от нее отделяла арка, вырезанная в стене, на левой стене этой комнаты устроен камин, перед ним кофейный столик с двумя креслами, почти свободное помещение. На западной стене располагалось огромное окно, полукруглой формы. Но основная часть библиотеки находилась за металлической тяжелой резной дверью на северной стене, параллельной двери. Как бы не было удивительно, но это единственное помещение в доме, не пострадавшее от пожара. Туда не проник ни единый язык пламени. Но после реставрации дома, ключ от этой двери где-то потерялся, но ведь именно там хранились все самые тайные и древние знания…
Виктор немного успокоился и подошел к окну. Дождь лил уже не переставая, небо было серым и пасмурным, как обычно и должно быть при дожде, но сегодня оно какое-то особенно мрачное. Деревья гнулись от нахлынувших потоков ветра. Несколько минут парень любовался этим пейзажем, столь милым ему. Он любил такую погоду. Ему казалось, что во время дождя мир очищается ото всей грязи, не только внешней, но и внутренней. Люди, наконец, прекращают свою бессмысленную суету, и все будто рождается вновь, таким, каким было первоначально, чистым и непорочным – без людских грехов. Сейчас Виктор задумался, как и всегда, когда идет дождь. Тишина. Не единого звука… Парень всё глядел в окно и немного мрачно улыбнулся. Он немного приоткрыл одну створку, прохладное дождливое дуновение ветра попадало ему на лицо, развевая блестящие черные волосы. Парень улыбался. Но на глазах его проступали слезы. Неотрывно глядя вдаль, он едва слышно шептал:
