Когда Анна вымыла всю посуду и сложила ее стопочкой, положив на широкий подоконник, то сняла любимый фартук, с который на протяжении всего времени не расставалась. Поправив подол платья, она направилась в сторону гостиной, чтобы немного погреться у камина, так как в доме с наступлением ночи стало намного холоднее, словно за окном стояла суровая зима.
Со стороны моря слышался ветер, его сила с каждым разом становилась все сокрушительнее. И стены их жилища уже не могли справляться с ним так упорно, как раньше, слишком стары они стали. Поэтому приходилось терпеть каждый раз внезапные вздрагивания дома, способные любого сбить с ног. Изначально женщину пугали такие моменты, она боялась, что рано или поздно ее придавит обрушившимся на нее потолком. Но, к счастью, такого еще не случилось. Дом продолжал держать оборону.
Эрван сидел около камина в кресле-качалке и тихо посапывал, скрестив руки на груди. Осторожными движениями ног он заставлял чудо-стул раскачиваться, превращая тот в подобие детской кроватки с полозьями для укачивания, способной кого угодно погрузить в крепкий здоровый сон. Услышав шаги пожилой женщины, молодой человек встрепенулся и заспанными глазами взглянул на нее, впервые за этот вечер улыбнулся.
— Вы доверяете мне, — произнес он полушепотом и начал любоваться языками пламени, что танцевали в старом почерневшем от сажи камине. — Иначе бы не оставляли меня наедине с собой.
— Ты уже взрослый, поэтому в праве принимать решение самостоятельно, — вздохнула она и села рядом с ним в глубокое мягкое кресло. — Мы тебя не держим в качестве пленника. Ты по-прежнему свободен и имеешь шанс уйти в любой момент, если таково будет твое решение. Но мы, так или иначе, настаиваем, чтобы ты остался, ведь так будет безопаснее для каждого из нас.
— Джордж очень доверял Доктору Ломану, поэтому я здесь, из уважения к моему лучшему другу. Просто… Я в таком неведении. Ведь вы так и не сказали мне, что случилось с Джорджем… Виктором.
— Называй своего друга тем именем, каким тебе больше нравится, — улыбнулась Анна. — От нас уже нет смысла что-то скрывать. Мы и твое настоящее имя знаем.
— Да? — удивленно взглянул на нее тот.
— Доктор Ломан очень мудрый человек. От него сложно что-либо скрыть. Но мы это узнали не для того, чтобы каким-то образом шантажировать вас этой информацией.
— Вы мне так и не ответили на мой первый вопрос, Анна. Джордж… Он в порядке, ведь так? — голос Эрвана дрогнул, и он с болью в глазах посмотрел на женщину, с мольбой выпрашивая у нее ответ.
— Если бы твой друг был мертв, то Доктор Ломан об этом сразу же узнал. К тому же всех пленников держали в одном месте. Там же, где мы нашли тебя. Самых ценных они пощадили. Их было только двое, так мне сказал господин Чарльз.
— Двое?
— Доктор Ломан мне не назвал второго имени. Первым был ты, кажется так. Вторым…
— Со мной в камере сидел мужчина. Он сказал, что был смотрителем маяка. Возможно, он и был вторым, — задумчиво произнес парень. — Но его унесли какие-то люди… А их сопровождал…
— Кто?
— Я слышал лишь часть их разговоров. Что-то мне разобрать не удалось. Но я точно уверен, что их сопровождал Доктор Ломан, потому что его спрашивали, должен ли он сообщить моему другу, то бишь Джорджу, что я нахожусь в тех катакомбах. И они говорили о Джордже, как о его сыне…
— Это все очень странно… Я очень много не знаю. Поэтому объяснить значение тех событий не смогу.
— И когда они вынесли того мужчину из камеры… Он выглядел… Словно умер. И я очень испугался, что со мной произойдет то же самое. Ведь тогда мое состояние было просто отвратительным. Я спал и видел, что умираю…
***
Джордж еще раз проверил, заряжен его пистолет или нет, и только потом почувствовал себя на толику спокойнее, хотя спокойствие в этом месте было определенно ложным чувством. Он впервые за столь долгое время боялся темноты, загадочных шорохов где-то поблизости, даже шума гравия под ногами. Пугало практически все, что окружало его в данный момент времени. И этот страх невозможно было ни чем вырвать из его груди, даже щипцами, ужас надолго сковал организм молодого человека.
Он неуверенно шагал вперед, постоянно оглядываясь, невольно чувствуя чье-то присутствие где-то неподалеку, хотя поселок казался полностью вымершим. К счастью, глаза все-таки сумели привыкнуть к этой кромешной тьме и разглядели кое-какие детали местной обстановки.