Вера не любила, когда они приезжали, сразу становилось неуютно. Ведь так хорошо проснуться в кромешной тишине, выйти из дома, никого не встретив, и пройтись, подставляя себя жаркому солнцу, надышаться целебной для души и тела смесью горного воздуха и морского бриза. Как же Веру восхищали горы! Такие могучие и высокие, Вера казалась себе незначительной песчинкой перед ними. Воистину масштабное зрелище, дух захватывает. Каждый раз Вера изумлялась красоте и величаю гор как в первый, смотреть на них не надоедало, наоборот была даже небольшая ломка, когда глаз отдыхал от гор.
Наглядевшись, Вера шла пешком до рынка, угощалась там свежими фруктами, покупала персики и преподносила их Петру Сергеевичу. Вере нравилось радовать свекра и быть внимательной к нему. Она услышала, как отец однажды сказал Саше, что Вера жутко понравилась ему, и мечтать было нельзя, что у Саши будет такая дивная жена.
Перекусив с Петром Сергеевичем, Вера брела к дикому пляжу, где всегда находила Сашу. Она молча садилась возле него, Саша был печален и задумчив. Его настроение передавалось Вере, но это была светлая блаженная печаль, что сродни умиротворению.
Эти блаженные дни тянулись медленно и спокойно, Вера видела в них одно только счастье. Жаль, что подобные дни разбавлялись такими как сегодняшний.
Сценарий этого дня Вера также знала наизусть. Сейчас она попадёт в плен к шумной и душной тёще Вадима. Та будет пытливо по чайной ложке выпытывать у Веры разные подробности об их с Сашей семейной жизни. Ее дочь будет сладким голоском жалеть Веру из-за невнимания Саши и бесконечно вспоминать Лидию, невесту умершего брата Вадима и Саши. И ладно бы, если б она сказала о ней что-либо определённое. Нет же, Юля говорила много, но по факту так ничего и не рассказывала. Заканчивалось все тем, что эти женщины под благовидным предлогом сбагривали на Веру маленького Арсения. Ей нравился мальчик, он добрый и скромный. Только семья Вадима безжалостно отнимает ее внимание у Саши, Веру это обстоятельство крайне заботило.
– Мы кого-то ждем? – Спросила Вера у Алены Михайловны.
– Да уж конечно! – Воскликнула женщина, эмоционально разводя руками. – Батюшка местный к нам скоро заявится, друг Петра Сергеевича. И приходит, зараза такая, аккурат, когда мы с Юлькой привозим Арсения к Петру Сергеевичу. Скажи, вот как он чует здесь мое присутствие?
– Я вижу, вы его не жалуете, – улыбнулась Вера.
– Скорее он меня не жалует. Смотрит как на врага народа.
– Что вы ему сделали?
– Это из-за того, что я отказалась от Христа.
– Я не понимаю, – призналась Вера.
– Выходя замуж за своего Женю, я приняла иудаизм, – пояснила Алена Михайловна.
Вера задумалась. Смогла бы она так сделать? Вероятнее всего, не смогла бы. Означает ли это, что она слабо любит Сашу? Неужели будь он иудеем или мусульманином, Вера отказалась бы стать его женой? Слава Богу, что перед ней не встала такая дилемма.
– Ваш муж был очень религиозен? – Спросила Вера, желая поддержать разговор и отогнать свои мысли.
– Он чистокровный еврей, интеллигентная семья которого чтит религию и традиции своего народа. Его семья была против меня категорически. А он пошел против всех и женился. Любил меня до безумия.
Вера снисходительно улыбнулась. Ее забавляло, когда престарелые женщины начинали вспоминать свою молодость и мнить себя роковыми красавицами, которые всех на свете сводили с ума. Алена Михайловна угадала ее мысли и обижено поджала губы.
– А улыбаться тут нечего, – сказала она. – Ты на меня сейчас не смотри, что я растолстела. Молодая я была ого-го, почти как моя Юлька.
– Я нисколько не сомневаюсь, – поспешила заверить Вера, но так и не смогла унять улыбку.
– Вот не верит, зараза такая! – Алена Михайловна громко хлопнула в ладоши. – Юлька, у тебя в телефоне ведь есть фото для нашей книги? Мы будем делать большой семейный альбом, – пояснила она Вере. – Пять лет уже делаем. Ещё при Игоре покойном начали. Его, кстати, идея. Чем эта моя мадам только занимается, что не может отдать фотографии, чтоб люди сделали матери альбом? Вот вертихвостка!
Даже в ругани Алёна Михайловна не могла скрыть любовного восхищения своей дочерью.
– Покажите, пожалуйста, фотографии. Так интересно, – Вера загорелась.
Где фотографии семьи Левиных, там и фотографии Сашиной семьи. У самого Саши слова не вытянешь относительно его родных. Фотографии в любом случае расскажут больше него.
Вере отчего-то вспомнилось Сашино презрительное отношение к искусству фотографии, которое он вовсе не считал искусством. Перед свадьбой Вера заикнулась, что надо бы нанять фотографа, на что получила в ответ от Саши целую тираду: