Их бурный роман начался 20 лет назад: она — влюбленная студентка, он — преподаватель. Но тогда его жена и дочь казались непреодолимой преградой. Теперь же, когда Дэвид овдовел, а судьба подарила им с Лизой случайную встречу, они поняли, что все эти годы их сердца бились друг для друга. Но что, если за любовь, выдержавшую испытание временем, им еще предстоит бороться? *** На обратной стороне обложки: Ничто, казалось, не могло омрачить счастье известной журналистки Лизы Мартин, с упоением готовящейся к своей свадьбе. Что Дэвид — мужчина всей ее жизни, она поняла, когда еще неопытной студенткой влюбилась по уши — в него, преподавателя. Только тогда между Дэвидом и Лизой стояли его жена и дочь. Когда он овдовел, случайная встреча с Лизой, с которой они были словно две половинки одного целого, решила его судьбу. Но взрослая дочь не приняла его выбор, и что-то внутри Дэвида сломалось. Есть вещи, перед которыми отступает даже любовь, выдержавшая испытание 20 годами разлуки...
Данная книга — художественное произведение. Имена и персонажи являются плодом воображения автора, и любое сходство с реальными событиями и людьми (живущими ныне или умершими) абсолютно случайно.
Посвящается Джеймсу, с любовью
Огромное спасибо депутату Дэну Норрису, подарившему мне замечательную возможность взглянуть на английский парламент изнутри, а также достопочтенному Дэвиду Милибэнду, министру иностранных дел Великобритании, за то, что выкроил из своего напряженнейшего графика время, чтобы поболтать о своем мире политики.
Я глубоко признательна Тиму Пэрри из Британского исследовательского центра по изучению болезни Альцгеймера и Вивьен Хилл, рассказавшей о своей матери, которая, к огромному сожалению, страдает этой болезнью. Сара Куллум, врач-консультант по вопросам психиатрии пожилого возраста, и доктор Джуди Хоуорт, психиатр, занимающийся проблемами памяти, оказали мне неоценимую помощь, объяснив, как выявляется и диагностируется ранняя деменция. Я также очень обязана профессору Оксфордского университета Тони Бейли за то, что он помог мне разобраться в вопросе о синдроме Аспергера.
Кроме того, спасибо Робину Джонсону за помощь в работе над персонажем Джерри Сьюэллом, а также моим друзьям Урсуле Гантенбайн и Джорджу Венглу, которые очень помогли мне в описании эпизода в Цюрихе. Благодарю Ганса Муральта из организации «Выход» за рассказ о том, как происходит самоубийство с врачебной помощью. Еще одно большущее спасибо за помощь Карлу Гэдду из службы спасения. И огромная благодарность Саре Смит, которая поделилась со мной бесценными знаниями об интенсивной терапии.
Люблю и благодарю мою дорогую подругу Дениз Хэсти, познакомившую меня с долиной Чу-Вэлли, в которой по большей части разворачиваются события книги.
— О нет! Это как сон, который становится явью, — в панике объявила Лиза Мартин. — Что я буду делать, когда проснусь и обнаружу, что всего этого на самом деле не существует?
Она осматривала дом, в котором скоро должна была стать хозяйкой, и в нефритовой зелени ее глаз отражались равные доли веселья и опаски. Лиза не считала себя пессимисткой, но, когда жизнь обращалась с ней настолько хорошо, к ее радости невольно примешивалась капля тревоги.
— Ну да, как будто такое и правда может случиться, — закатив глаза, возразила ее племянница Рокси. — Нет, ничего больше не говори, или ты и впрямь начнешь действовать мне на нервы. Это совершенство, Лиза, и если ты не можешь принять совершенство, то сдавайся прямо сейчас. Правильно?
Вопрос адресовался ее матери, Эми, которая, по всей видимости, наслаждалась моментом, наблюдая за дочерью и сестрой.
— Правильно, — согласилась Эми.
— Ты не обязана всегда принимать ее сторону, — пожаловалась Лиза.
Эми подняла бровь.
— А ты хотела услышать от меня, что все это закончится катастрофой? — с вызовом проговорила она.
Лиза пристыженно понурила голову.
— С ума сойти! — продолжала восхищаться Рокси. — Раньше мы и носа не совали в такие дома, а теперь — подумать только! — он будет нашим...
—
— Ладно, ладно, твоим, — признала Рокси, — с Дэвидом. Не будем о нем забывать, ведь он за все это платит.
Расплываясь в улыбке и млея, как подросток, Лиза сказала:
— И вашим в любое время, когда вам захочется прийти.
— Отлично, — радостно пропела Рокси, — мы уже выбрали себе спальни.
Лиза удивленно посмотрела на племянницу.
— Выбрали? А где была я, когда это произошло?
— Как это где? Ты по телефону разговаривала, — напомнила Рокси. — «О, дорогой, он такой чудесный! Каждый раз, когда я его вижу, я все больше и больше в него влюбляюсь, и девочки тоже от него без ума...»
— Это точно, — подтвердила Эми, подходя к стеклянным раздвижным дверям, которые исчезали в стенах, когда открывались, а сейчас были забрызганы дождем и остатками монтажной смеси.
Лиза издала тихий восторженный вздох.
Они стояли посреди великолепной итальянской кухни «Боффи», которой едва исполнилась неделя от роду, и любовались шлифованным гранитом рабочих поверхностей и мягкими, обтекаемыми формами модных шкафов и шкафчиков, которые занимали большую часть первого этажа в восточном крыле роскошного особняка в стиле королевы Анны, который они с Дэвидом скоро будут называть своим домом. Напротив, за тонкой сеткой пустившегося сейчас дождя, перед ними со всем изяществом куртизанки, выставляющей напоказ свои прелести, представало западное крыло. Нижний этаж его длинной стены украшали прекрасные арки французских окон, а верхний оплетала замысловатая филигранная вязь перил, которые венчались вытянутым балконом. В этом крыле находился плавательный бассейн в романском стиле, а над ним — две роскошные смежные спальни.