Слезы темной воды полностью

Но взяться за рычаг и потянуть за него гораздо труднее, чем думать об этом. Если она это сделает, обратного пути не будет, некого будет винить, поздно будет раскаиваться. Она задавала этот вопрос тысячу раз, пока выздоравливал Квентин, пока длился судебный процесс и пока ручеек ее чувств к Полу превращался в полноводную реку. Даже после того, как ей стала известна вся правда об Исмаиле, она не смогла ответить на него, и так длилось, пока она не встретила Хадиджу и Ясмин и не поняла, что их боль ничем не отличается от ее боли, несмотря на то что их история, культура и религия были для нее непонятными. Когда Ванесса увидела, как Ясмин жмет руку Квентину, когда ее сын и сестра Исмаила улыбнулись друг другу, она поняла, что время пришло. Был лишь один путь вперед – оставить гнев в прошлом.

В лучах занзибарского солнца она прочитала письмо Дэниела в последний раз, а потом перевернула странички и стала читать свой ответ.

Дорогой мой Д.

Возможно ли распутать узел несправедливости? Я так старалась сделать это, вытаскивала нити одну за другой, думая, что сумела определить вершителя несправедливости, но только затянула узел еще туже. Я тыкалась по сторонам и шла на ощупь, я казнила себя и назначала виновников тех ран, которые я ношу в своей душе, но все это лишь ввергло меня в еще большее отчаяние.

Истина заключается в том, что виноваты все и не виновен никто. Когда я пыталась водрузить бремя вины на одного человека – на мою мать или на Теда за свое детство; на тебя или на себя за то, что распадался наш брак; на Исмаила, или на Маса, или на капитана «морских котиков» за перестрелку, – это только усугубляло несправедливость.

Этот узел невозможно развязать. Нити переплетены навечно. Существует лишь один способ избавиться от него – бросить его за борт, и пусть море прощения унесет его прочь.

Сегодня я отпускаю прошлое. Я иду дальше. Я снова буду любить. Я буду наблюдать, как твой прекрасный сын растет, как он женится и заведет собственных детей. Я буду поддерживать его, когда он отправится в кругосветное плавание с Ариадной, и на этот раз я не сомневаюсь, что у него все получится.

Прощай, мой муж. Спасибо за те славные времена, что мы провели вместе, и за проблеск искупления, который ты дал мне в конце. Думаю, когда-нибудь мы с тобой увидимся, хоть и не знаю, где и как. И, когда это случится, мне нечего будет сказать, кроме: «Все хорошо».

Ванесса снова свернула страницы и, сунув их обратно в бутылку, накрепко закрутила пробку. Потом она подняла бутылку и забросила ее в море, так далеко, как смогла. Бутылка, вращаясь в воздухе, описала дугу, плюхнулась в воду, на мгновение скрылась и снова выпрыгнула на поверхность. Она улыбнулась, взяла весло, развернулась и направила каяк к берегу – к Квентину, Ариадне и Полу. Она погружала лопасти в воду и гребла, пока руки не начали гореть от напряжения. Это был хороший огонь, огонь желания. Нельзя было терять ни минуты.

Пришло время снова жить.