Одно плохо переведённое заклинание из Книги Проклятых может пожизненно связать строгим контрактом освободившегося Дьявола и юную ведьмочку, чья мать — Ровена МакЛауд. На пути у Люцифера встаёт именно та единственная, которая не может быть убита по щелчку пальцев. Теперь на уме у обоих только одна фраза: «Если умрёшь ты – умру и я»
========== Часть 1. Запретный плод всегда так сладок ==========
Суббота, 09:38
Нью-Йорк
В чуть приоткрытом окне на последнем этаже одного шестиэтажного многоквартирного дома виднелись нежно-желтые занавески, а за ними — стена, украшенная маленькими гирляндами и фотографиями алых закатов и неповторимых рассветов. Подобных кирпичных домов в получасе медленной езды от центра Нью-Йорка полно — недорогие кварталы с раскрашенным в граффити асфальтом, не самые благополучные улицы с маленькими нарко-притонами, оставшиеся по ночам без тусклого света фонарей. Но тихим субботним утром эти пустые улочки крайне спокойны и безмятежны.
«Переменная облачность, » — именно это уверенно сказала ведущая прогноза погоды по радио, оповестив всех суетящихся жителей шумного мегаполиса. Но она ошиблась. Солнечные лучи, не имея перед собой преграды в виде пушистых облаков, освещали этот город ещё с самого утра, проникая даже в окна жилых и офисных зданий, больших магазинов и дорогих ресторанов, дешевых баров и красочных казино.
Аккуратные девичьи пальцы поправили тонкую шторку, медленно отодвигая её посильнее, затем перевернули очередную бежевую страницу толстой старой книги. Это то самое приоткрытое, невзрачное окно на шестом этаже. Немного прохладный осенний ветерок пробрался в небольшую светлую комнату, дотрагиваясь до бледной, усыпанной по всему телу веснушками кожи девушки, потом начал, присвистывая, шелестеть маленькими зелёными листьями миниатюрных растений на белом подоконнике среди двух мягких пледов и на чистых полках рядом с потёртыми переплетами книг.
Она задумчиво поправила незаметно выпавшую из слегка небрежного пучка волнистую прядь ярко-рыжих волос. Таких редких девушек иногда называют «поцелованная солнцем», и Вирджиния не хотела быть исключением. Осторожно подвернув длинные рукава темно-серого свитера с горлом, она снова убрала непослушную прядь за ухо, нехотя отвлекаясь от книги.
— Люци, какая неожиданность, — спокойно проговорила девушка, смотря на то, как к ней на кровать умело и элегантно запрыгнул маленький котёнок с мягкой и блестящей шерстью. Он быстро переступил ноги хозяйки, одетые в уютные носки с нарисованными красными бантиками, и уселся рядом с её коленками, в местах которых чёрные домашние лосины уже были немного протерты.
Вирджиния целых два месяца не знала, как назвать очень озорного и гордого питомца, которого она взяла у одной знакомой своей матери пол года назад. Его золотистые глазки так и сияли самоуверенностью, а поздней ночью его было просто невозможно заметить из-за черной шерстки. Как-то раз вечером ведьма, не заметив котенка дочери на диване, назвала его маленьким дьяволом. С тех пор Джини называла его Люцифером, хотя об ангелах и демонах читала только в книжках со сложными заклинаниями матери.
— Что же мы сегодня будем делать? — глянув на котенка и взяв в руки почти пустую чашку из-под фруктового зеленого чая, она оставила книгу открытой на незаправленной кровати с несколькими подушками и светло-сереньким пледом.
Ведьмочка аккуратно встала с постели, поправляя опустившийся носок на левой ноге, и направилась к письменному столу с тетрадками около второго окна в её комнате. Посмотрев заметки в смартфоне, Вирджиния решила сегодня сходить в книжный магазин и купить один роман, который уже целых две недели хотела прочитать. Но раздавшийся звонок в дверь напряг её, ведь девушка никогда не ждала каких-либо гостей, а в старшей школе общалась только со своими другом-геем, Отисом.
Нахмурив брови, она быстро вышла из своей комнаты, прошла мимо гостиной, совмещенной с маленькой кухней, и осторожно подошла к входной двери, смотря в глазок. На лице шестнадцатилетней Джини появилась детская и радостная улыбка с еле заметными ямочками, когда та открыла дверь и увидела на пороге свою слегка уставшую мать, с которой не виделась уже четыре месяца. Ведьма всегда мало времени уделяла дочери, пропадая где-то с Ковеном и с прочими «ведьмовскими делами», но при этом Ровена хотела, чтобы Вирджиния в совершенстве овладела своими силами. После их переезда в Нью-Йорк два года назад она стала погружаться в свою работу всё больше, а её дочь стала гораздо самостоятельнее.
— Вирджиния МакЛауд, — спокойно протянула Ровена в темно-синем длинном платье и лёгком чёрном плаще, смотря на улыбающуюся девушку перед ней. — На этот раз я задержусь дома подольше, — радостный взгляд Джини упал на массивную сумку у ног матери. Она была счастлива слышать то, что её мать, наконец-то, побудет с ней чуть больше, чем одну неделю, как это бывает обычно. Хотя и во время её отсутствия Вирджиния занималась магией, но в значительно меньшем количестве.
— Как там ваш Великий Ковен? — после слов дочери, МакЛауд закатила глаза и вошла в квартиру, аккуратно отдавая сумку немного удивленной Джини.
