В течение следующих десяти минут на мостике стояла абсолютная тишина, все ждали появления жуков.
– Открыть канал на переговорном устройстве для остальной части флота. Запросить отчет. Приготовиться к переводу, – приказал Уолш.
Зара выполнила команду и доложила:
– Есть, сэр.
Несколько секунд помех, затем соединение стало четким.
– Всем судам, доложите обстановку, – сказала она в микрофон по-менсентенийски.
– «Йорой» готов.
– «Цирх» готов.
– «Пингби» готов.
Все корабли по очереди доложили о готовности. «Броня», «Дхаал», «Риттер», «Кабальеро», «Булье», «Гвардиао», «Паладин» и «Винчиторе». Все отвечали по-менсентенийски, а Зара повторяла фразу на английском, хотя уже после первых двух было ясно, что они говорят.
Зара ожидала, что Уолш собирается выступить с речью. Вместо этого он сказал:
– Приготовиться, по моей команде.
Долгие минуты истекали. Обратный отсчет приближался к нулю. Сражение начнется, как только Рой войдет в радиус досягаемости ракет.
Когда прошло уже две минуты и одиннадцать секунд, майор Соколов, специалист по датчикам, спокойно произнес вслух на английском языке с сильным русским акцентом:
– Прием. Первая цель войдет в радиус досягаемости ракет через девяносто секунд.
Из их разговоров Зара поняла, что пределы досягаемости простираются довольно далеко, поскольку в космосе нет сопротивления воздуха, чтобы как-то замедлить ракеты или заставить их отклониться от курса.
Уолш указал на нее пальцем:
– Повторите это для флота.
Зара выполнила приказ. Она не знала, сколько секунд прошло, поэтому повторила сообщение Соколова дословно. Сердце судорожно колотилось в ее груди.
Уолш наклонился вперед:
– Мы можем получить изображение?
– Да, сэр. Оно будет зернистым, сэр.
Уолш махнул рукой. Зара перевела разговор на менсентенийский для остальной части флота.
На большом экране появилось увеличенное изображение звездного неба, которое одно только и наблюдалось в течение последних нескольких часов. Зара прищурилась. Местами она могла разглядеть рассеянный отраженный свет от панциря одного из насекомых, но больше ничего. Ей хотелось увидеть их поближе, чтобы зло, собиравшееся пожрать их, показало свою личину.
– Есть отклонения от их исходной траектории или маршрута передвижения?
– Нет, сэр.
Она перевела. Кто-то на «Булье» забыл отключить свой микрофон, пока разговор на «Эгиде» переводился на мандаринский. Зара на несколько секунд отключила французский корабль от переговорного устройства, а когда они закончили говорить, вернула его на линию. И отправила офицеру связи на «Булье» быстрое сообщение с напоминанием о том, что нужно отключать микрофон во время переводов. Она не утруждала себя любезностями. Сейчас нет времени переживать, задел ты чьи-то чувства или нет.
– По моей команде выпускайте ракеты в определенный для вас сектор Роя, – сказал Уолш.
Зара перевела. Битва скоро начнется. Ее собственное дыхание казалось ей очень громким. Она надеялась, что оно не передастся по микрофону. Она сглотнула сухой комок, приготовившись переводить сразу после слов Уолша. Ее голос должен звучать четко и без колебаний.
– Огонь, – приказал Уолш.
– Иакти, – перевела Зара, надеясь что голос прозвучал как можно более ясно и точно.
Она услышала отдаленные вибрации ракет в их загрузочных трубах. Обстановка была напряженной, стояла абсолютная тишина, взгляды всех членов экипажа, пытавшихся понять, что происходит, были прикованы к главному экрану. Зара не видела ничего, кроме пузырей. Флот дал три отдельных залпа.
Пальцы Зары дрожали. Она слабо дышала. Скольких они убили? Как отреагируют насекомые?
Уолш откинулся в командном кресле:
– Майор Соколов, докладывайте.
Соколов покачал головой:
– Сэр, я регистрирую сто тридцать семь объектов, сохраняющих скорость.
Зара посмотрела на свои руки на консоли. Сердце замерло. Ни одного?
– Что? – спросил Уолш, поднимаясь со своего места.
Комптон тоже встал:
– Они увернулись от всех ракет?
Соколов оставался невозмутимым.
– Похоже на то. В их курсах были отмечены незначительные отклонения, но общая траектория не изменилась.
Уолш рухнул обратно в командное кресло.
Наушник Зары запищал. Кто-то напоминал ей, что нужно перевести. Она повернулась к микрофону и перевела разговор слово в слово, за исключением сердитого бормотания Уолша. Она надеялась, что они его не расслышат.
– Сектилии никогда не упоминали, что у жуков настолько хорошее зрение, – сказала по-менсентенийски бразильская ученая подполковник Росси.
Зара тихо перевела. Она не думала, что сейчас для этих слов подходящее время.
Уолш посмотрел на Росси и повернулся к Заре:
– Объявите видеоконференцию через две минуты.
Управлять помещением, заполненным офицерами, – сама по себе непростая задача, но видеоконференция с теми же офицерами была в десять раз хуже. Переговариваясь у экранов, они то и дело перебивали друг друга. Они обвиняли друг друга в предположениях, что эта битва будет простой. Один из них раз за разом повторял всего два слова: «Это катастрофа». Другой твердил: «Я говорил вам, что такой длинный радиус – плохая идея, а никто из вас меня не послушал».
