— Меня зовут Йокомбе, — громогласно изрёк колдун, воздев руки к потолку. — Я — самый сильный шаман в округе! Меня все боятся, мне все поклоняются, передо мной все трепещут и так далее, и тому подобное... Уф! Официальная часть закончена. Теперь оба сядьте, как сидели, представьтесь и подробно расскажите, что стряслось с вашей девицей. Предупреждаю: за излечение от всякого рода магических недугов я беру дорого, не менее одной козы или четырёх поросят, хотя иногда, в особо сложных случаях, и дойной коровы в уплату бывает мало! Но тебе, молодой чародей, я сделаю поблажку как очистившему мой дом — подаришь мне чего-нибудь и ладно! Золотую монету, например.
— А если две? — поинтересовался Семён, усаживаясь перед колдуном-шаманом. — Но с гарантией того, что вы сделаете всё возможное для Олии!
— Согласен, — быстро ответил шаман. — Но деньги — вперёд!
Семён усмехнулся и полез в кошель с золотом.
Шаман Йокомбе перестал трясти над Олией своей погремушкой, устало вытер пот со лба и отошёл от лежанки, вешая погремушку на пояс.
— Готово, — он кивнул Семёну и Хайку, стоявшим поодаль и сильно переживавшим за исход лечения, — можете подойти, посмотреть на вашу девицу. Жить будет, хотя могла вскоре и помереть, во сне... У неё совсем жизненной силы не осталось! Вовремя вы её ко мне принесли, крайне вовремя. — Йокомбе выдернул из-под обломков стульев пучок сухой травы, достал из кармана накидки трубку с кресалом, присел на корточки и, набив трубку травой, с удовольствием закурил.
Семён и Хайк подошли к лежанке, посмотрели: лицо Олии порозовело, сейчас она спала обычным, нормальным сном. Не колдовским.
— Однако, — шаман затянулся дымом, — в совсем нехорошем месте вы были! И зачем, спрашивается? Чего там искали?
— Это Олия искала, — Семён повернулся к шаману. — А чего именно, не знаю. Я всего лишь спас её...
— Молодец, Симеон-чародей, хорошо сказал! — рассмеялся шаман. — А я, значит, всего лишь от смерти её вылечил, — Йокомбе выпустил клуб дыма, закашлялся. — Надоела простуда окаянная! Э, к вечеру уйдёт, никуда не денется... И девица ваша, думаю, к тому времени очнётся. Впрочем, ерунда эти магические болячки! Если их, конечно, вовремя лечить. Есть вещи куда хуже...
— Например? — Семён присел напротив шамана.
— Например то, что звёзды сошли со своих мест, — Йокомбе ткнул пальцем в потолок хижины. — Рушится мироздание! Верно, конец света настаёт, как и предсказал великий колдун Муграбо двадцать лет тому назад... Уж которую ночь на небо гляжу — да, разбегаются звёзды, уходят незнамо куда! Скоро вовсе разбегутся и пропадут в чёрном Нигде, в том, куда души после смерти уходят.
Семён посмотрел на потолок, уставился на шамана.
— Этого не может быть, — авторитетно сказал Семён. — Во-первых, звёзды подчиняются классической звёздной механике и не могут с бухты-барахты рвануть кто куда. Во-вторых, даже если это и происходит на самом деле, то увидеть отсюда такое разбегание никак нельзя! Нереально.
— А разве колдовство-чародейство увидеть реально? — хитро прищурился шаман. — Я, например, не могу.
— Ну, колдовство, — Семён замялся. — Это же совсем другое дело. Да и рядом оно, то чародейство, а звёзды за миллиарды километров отсюда! Пока лучи от самого ближнего светила до нас долетят, много времени пройдёт. Я уж не говорю о совсем далёких звёздах! Их свет через тысячу лет будет здесь виден, не раньше. Или через две.
Шаман вытряхнул из трубки остывший пепел на пол, встал и сказал, снисходительно глядя на Семёна:
— Правдивы твои слова, юный чародей. Но они для обычных людей правдивы, а не для меня! Я ведь смотрю на звёзды не глазами, а внутренним оком, — Йокомбе постучал себя пальцем по лбу. — Духовным. Которому твои... э-э... километры не преграда!
— Третьим глазом, что ли? — не поверил Семён. — Да ну, байки это всё! Шарлатаны-сенсы придумали, чтобы людей дурачить.
— Я разве похож на шарлатана? — обвинительно спросил шаман, наставив на Семёна чубук трубки как ствол пистолета. — Зря, зря ты отказался пойти ко мне в ученики, несведущий чародей по имени Симеон! Так и останешься навсегда тёмным и необразованным... Ты, небось, и во Вселенский Диск веришь, да? В то, что он состоит из разных Миров, отделённых друг от друга безвоздушной преградой?
— Не очень, — ответил Семён, в душе удивляясь мудрости и прозорливости поселкового мага: надо же, тёмный-тёмный, а сам дошёл до верного понимания устройства вселенной! До начал астрономии.
