— Я не имею к этому никакого отношения, — спокойно отрезал господин Омьен и как ни в чем не бывало вновь уткнулся взглядом в бумаги, разложенные на столе. Но вдруг он резко вскочил, хлопнув кулаком по столу. — Знай своё место, Шейн! Если ты еще раз попытаешься прикоснуться к моим мыслям, я вышвырну тебя из дома.
Шейн выдержал испепеляющий взгляд отца.
— И лишишь себя шанса использовать мою Древнюю Кровь в браке с чьей-нибудь дочерью из правящей Семьи?
Велизар Омьен с минуту прожигал сына взглядом, а после, будто обессилив рухнул обратно в кресло. Запустив руку в карман домашнего халата, он выудил белоснежный платок и протянул Шейну. Парень молча принял его и приложил к носу, вытирая выступившую кровь.
Велизар Омьен спокойно продолжил:
— Если бы мне нужен был этот кристалл, я бы отнял его в первый же день, а не посылал карманников на верную гибель. Я давно изучил этот камень и узнал всё, что хотел, а именно — я никак не смогу его использовать. Но не прочь узнать где его источник.
— Вот почему ты позволил Алессе остаться в нашем доме, держишь, как живую приманку, — процедил Шейн, скомкав в руке окропленный кровью платок.
— Ты имеешь что-то против ее общества? — устало усмехнулся Велизар Омьен. — Наслаждайся.
— Пока могу? — раздраженно уточнил Шейн. Он склонился к отцовском столу, уперев руки в столешницу. — Ты злился на своего отца и ненавидел за одержимость древними письменами Ольма, потому что его изыскания и эксперименты угрожали безопасности всей семьи. А теперь ты поступаешь подобным образом с нами.
— Мой отец был опрометчив и безрассуден, играя с древним языком и сплетая его силу со Слезами. Даже смерть моей матери не стала ему уроком и не остановила, — спокойно ответил господин Омьен. — Мне было за что его ненавидеть.
— А кто из нас должен умереть, чтобы остановился ты, отец?
Велизар Омьен вскинул на сына удивленный взгляд. Шейн продолжал:
— Вчера это были лишь обычные воры, может случайные, а может подосланные кем-то неизвестным, а кто будет завтра? Ты действительно готов рискнуть нашими жизнями?
— А что ты хочешь мне предложить? Отнять у Алессы камень и уничтожить? Так попробуй сделать это! Кристалл не проклят, но будет защищаться точно так же, как он расправился с вором-лиирит. Или ты хочешь выставить девчонку за порог дома? Хочешь, чтобы она скиталась по улицам или попала в лапы Коллегии и вороны разодрали ее разум своими когтями?
Шейн, будто ужаленный, отпрянул от ледяного, безжалостного тона и пронзительного отцовского взгляда. На лице парня отразились недоумение и растерянность.
— Вот видишь, — печально усмехнулся Велизар Омьен. — Не лезь в мои дела, Шейн. Присматривай за девчонкой, если так беспокоишься, а я уж обеспечу безопасность этого дома.
Шейн сжал челюсти и желваки заиграли на его скулах. С минуту он прожигал отца взглядом, а после развернулся и направился к выходу. Я испуганно нащупала рядом руку Шеонны и потянула ее в сторону от двери. Я всё еще смотрела на мир глазами Эспера, оттого неловко оступилась, запутавшись в собственных ногах и упала на колени. Шеонна помогла мне подняться. Собственное зрение понемногу возвращалось.
Шейн вышел, раздраженно хлопнув дверью и замер, заметив нас с Шеонной. Мы стояли посреди коридора, вцепившись друг в друга и испуганно взирали на парня. Он окинул нас уставшим взглядом и, ничего не сказав, направился в свою комнату.
Меня разбудил глухой удар, с которым рыжий кот скатился на дощатый пол. Я испуганно подскочила, — от резкого пробуждения помутнело перед глазами, а сердце судорожно забилось в груди, — и огляделась, не понимая, что произошло. Тамиру стремительно шмыгнул под кровать за секунду до того, как открылась дверь.
— Хватит спать!
Шеонна влетела в спальню, обмотанная ярким светло-голубым отрезом шелка. Я не успела опомниться, как подруга уже распахнула тяжелые шторы и яркий свет затопил комнату, больно резанув по глазам. Возмущенно застонав, я зажмурилась, вовремя одернув себя, чтобы не прикрыть лицо обнаженной ладонью. Вместо этого я плотно сжала кулаки и спрятала их под одеяло.
С первого этажа донесся сердитый голос Эльи:
— Шеонна, я велела тебе стоять и не двигаться! Где ты?
Подруга весело прыснула от смеха и одарила меня широкой улыбкой.
— Собирайся живее, сегодня отличный день!
Она театрально закинула длинный конец отреза через плечо, будто тогу, и выскочила из комнаты.
Я протерла заспанные глаза и удивленно огляделась, задержавшись взглядом на окне, — с той стороны стекла на меня смотрели не менее удивленные альмы, недоуменно прижимающие ушки. Солнце уже высоко поднялось над городом, близился полдень, но оконные створки всё еще оставались запертыми, — после ночной грозы по улице гулял прохладный ветер, и зачарованная Слеза не пускала его в дом. Птицы были возмущены.
— Что с Шеонной сегодня такое? — с негодованием пробормотала я, откинувшись обратно на подушку.
Эспер заскрежетал когтями о половицы, лениво потянувшись.
