Замечание было уместным. Когда мы добирались до площадки со Священником, я уже обратила внимание на состояние российских дорог, особенно в последней части маршрута. Правда, и то, чем Наталья планировала заменить минивэн, доверия не вызывало.
– Это… прочное? – обойдя крытый тентом грузовик, единственным плюсом которого были широкие колеса, я недоверчиво приподняла бровь.
– А ты надеялась на танк? – усмехнулась Наталья, увидев разочарование на моем лице.
Гримм кружил рядом с не менее угрюмой физиономией – ему достался старый русский внедорожник.
Рассредоточившись по машинам, мы вскоре свернули с асфальтированной трассы на бетонку и тряслись по ней до самого вечера. Наталья то и дело вглядывалась в пасмурное небо. Я разделяла ее тревогу – если пойдет дождь, мы забуксуем на подъезде к лесу. Когда совсем стемнело, водитель остановился на обочине и заглушил мотор.
– Ночью лучше не ездить, – виновато пояснил он. – Мы только привлечем к себе ненужное внимание военных.
– Придется дожидаться рассвета, – с досадой согласилась Наталья.
Пока они с водителем дремали в кабине, я ушла к Гримму.
– Не вздумай геройствовать, – в очередной раз напутствовал он. – И не суйся в трейлер – займись девчонкой.
Я не стала ни отвечать, ни спорить. Я все равно выкраду базу. А Гримму скажу, что она не уцелела.
Солнце еще не поднялось из-за горизонта, а мы уже были готовы выдвигаться. Переодевшись в медицинский комбинезон и натянув кудрявый парик, я вернулась к грузовику. Последним штрихом стали выданные Натальей очки с простыми стеклами. В них я пусть и отдаленно, но все же напоминала ее коллегу с фотографии. Гримм оценил новый образ и показал в окно большой палец. Еле сдержав улыбку, я забралась в кабину.
– С богом, – пробормотала Наталья, когда грузовик медленно тронулся.
Внедорожник не отставал, но перед съездом на открытую местность мы разделились – на прощание посигналив фарами, Гримм остался в ельнике. Сердце кольнуло от волнения, и мне безумно захотелось обернуться, но я заставила себя смотреть вперед.
Покачиваясь и подскакивая на ухабах, грузовик прокладывал колею через поле, вдавливая в землю высокие стебли травы. Через полтора часа встряски впереди замаячил знакомый лес. Кивнув автоматчикам у его кромки, водитель, не сбавляя скорости, вписался в поворот и углубился в заросли. Никто не бежал вслед и не стрелял по колесам, лишь по лобовому стеклу громко хлестнула ветка. Первый пропускной пункт мы успешно миновали. Сложности начались только возле шлагбаума.
– На вас не заказывали пропуск, – начал охранник, с трудом подбирая английские слова.
И еще раз сверился со списком. Наталья со смешком ответила ему по-русски. Из всей фразы я разобрала только имя «Таша». Не переставая улыбаться, она протянула ему наши паспорта.
– Говорит пост номер один, – монотонно забубнил в рацию охранник. – Тут у нас машина на въезд. Водитель Свиридов, пассажиры Ромашова и Коул.
– Повторите, – отозвался эфир голосом Сатира.
Пока охранник заново перечислял фамилии, я осматривала площадку. Военные, стоявшие вдоль забора на некотором отдалении друг от друга, казались скучающими. Возле трейлеров никто не раскладывал стол для оружия – для охоты было еще слишком рано или мы приехали в день перерыва.
– Пропустите, – разрешение неожиданно поступило от Джейсона.
Нам вернули паспорта, проверили зеркалом днище грузовика, заглянули под тент и только потом подняли шлагбаум. Припарковавшись, водитель вопросительно посмотрел на Наталью, ожидая приказа.
– Побудь в кабине, – бросила она и, достав сумку, быстрым шагом направилась к коттеджу, из которого вышел Сатир.
Я выбралась следом. Сатир посмотрел на меня мельком и снова перевел взгляд на Наталью. На его лице читалось недоумение. Я ускорила шаг, чтобы не отставать. Боковое зрение уловило движение справа – по ступеням трейлера спускался Джейсон.
– Привет, – поставив сумку на асфальт, Наталья обняла Сатира и, не переставая улыбаться, прошептала ему на ухо: – Архарова взяли.
– Заходите.
Оказавшись внутри, я первым делом отметила, что коробки с распечатками исчезли. Из спальни не доносилось ни звука, но пока Наталья рассказывала подробности, в щели под дверью дважды мелькнула чья-то тень. Я присела на краешек дивана, чтобы быть ближе к сумке. Как мы и предполагали, ее содержимое никто не проверял. Медики здесь были на особом счету. Дверь за моей спиной открылась, и я внутренне напряглась.
– У нас проблемы, – с досадой сообщил Сатир.
– Знаю, – равнодушно отозвался приближающийся Джейсон. А через мгновение его пистолет коснулся моего затылка. – Таша, ты хоть знаешь, кого привезла?
Сатир еще раз всмотрелся в мое лицо и, узнав, взял Наталью на прицел:
– Какого хрена?
– Только не стреляйте, не выслушав! – испуганно воскликнула она. – Мы здесь, чтобы предупредить. Архарова вчера арестовали…
– А звонка теперь недостаточно? – перебил ее Джейсон.
Он издевается? Или не понимает серьезность проблемы?
