– Подожди-ка, Плилп. Ответь нам: старик вышел из Дикого Леса, или ты так подумал? – спросил Трэгэрт, рот его скривился в ехидной улыбке.
Плилп замялся.
– Совет ждёт – ответствуй, – с нарочитой строгостью настаивал Трэгэрт.
– Я подумал так… потому что он шёл со стороны Дикого Леса.
– Что ты ещё подумал, наш юный друг? – не унимался Трэгэрт.
– Я подумал, что это Фэдэф.
– Прости, что перебиваю тебя, Плилп. Почему же ты так подумал? – осторожно спросил Тланалт. – Фэдэф не похож на старика.
– Мне показалось, что старик говорил его голосом, а ещё все знают, что Фэдэф ушёл в Дикий Лес. Люди видели, как он уходил туда.
– Дальше, – попросил Тланалт.
– Когда мы с ферлингом быстро пошли оттуда, он окликнул меня… по имени. Я не хотел останавливаться, но он позвал меня ещё раз, и тогда я подождал его.
– Это был Фэдэф? – спросил Гордрог.
– Я не знаю. Я был немного напуган. Он был похож на Фэдэфа и назвал моё имя. Но Фэдэф не старик, а этот – седой старик… И из Дикого Леса никто никогда не возвращался.
– Всё? Ты закончил? И теперь мы должны посовещаться и решить, Фэдэф это был или не Фэдэф? – продолжал придираться Трэгэрт.
– Трэгэрт, если ты оставил важные дела и тебе не терпится вернуться к ним, можешь сделать это. Мы не станем настаивать на твоём присутствии. Думаю, и Плилп не станет, – вступился за мальчика Тланалт.
– Прости, Тланалт. Я лишь предположил, что Плилп уже поведал Совету важную весть. Прости и ты меня, юный друг, и, если тебе есть, что добавить к своему занимательному рассказу, будь добр, продолжай.
– Плилп, что сказал тебе человек, которого ты встретил? – спросил Тланалт.
– Он сказал, чтобы я постарался в точности запомнить его слова и передал их всем членам Управляющего Совета. Он сказал, что слова эти должны быть записаны и сохранены, чтобы их узрели грядущие поколения.
– Наш Фэдэф, кажется, возомнил себя властителем душ не только ныне здравствующих, но и всех грядущих поколений дорлифян, – не удержался от насмешки Трэгэрт.
– Замолчи, Трэгэрт! – вспылил Тланалт. – Фэдэф – герой Дорлифа, и дорлифяне не потерпят оскорблений в его адрес, как бы ни сложилась его дальнейшая судьба. Предупреждаю тебя: я выношу твоё сегодняшнее поведение по отношению к Плилпу и твои грязные слова о Фэдэфе на суд Дорлифа.
– Посмотрим, на чьей стороне будет Дорлиф. Не думаю, что на стороне Дикого Леса и его обитателей, – с этими словами Трэгэрт вышел.
– Теперь мы можем спокойно дослушать рассказ нашего гостя, – сказал с видимым довольством на лице Марурам. – Плилп, тебе было нелегко говорить, но доведи начатое до конца.
Плилп поднял глаза к потолку, будто на нём были запечатлены слова старика.
– Не раз ещё, как и в далёком прошлом, спокойное течение жизни Дорлифа нарушено будет необузданной волей могучего чудовища, прозванного нашими предками Шорошом. Многие, рождённые для жизни, и многое, что дорого нам, сгинет безвозвратно в его убийственных объятиях. Но останутся, как и прежде оставались, те, кто не даст угаснуть огню жизни навсегда, и Дорлиф будет возрождаться снова и снова. Но однажды, когда расцветший Дорлиф будет засыпать и просыпаться под крышами, которые сольются с небом и светом, Шорош вновь обрушит свой безумный гнев на него и не только отнимет у него тысячи жизней, свет и небо, но перекинет в прошлое через пространство и время невидимый мостик, по которому придёт ещё одна беда. С этой бедой людям не справиться терпением, трудом и добротой. Но будет сказано Слово… Слово, которое будет даровано человеку Миром Грёз, Слово, которое не сгинет в Нет-Мире, Слово, которое не растворится в Мире Духов, Слово, которое измерит скорбь Шороша и сомкнёт начало с концом. И Слово это способно одолеть беду. Запомни это, Плилп, расскажи о встрече со мной своему отцу. А предсказание моё слово в слово…
– Плилп, очнись! – громко сказал Гордрог.
Плилп вздрогнул и посмотрел на членов Совета так, как будто видел их первый раз.
– Этот старик больше ничего не просил передать нам? – спросил Марурам, возвращая его в настоящее.
После некоторого замешательства Плилп наконец пришёл в себя и понял, почему он здесь.
– Простите меня. Я немного задумался, когда пересказывал вам то, что услышал от старика.
– Полагаю, его задумчивость помогла ему ничего не упустить, – с улыбкой сказал Тланалт. – Всё записал, Рэлэр?
– Да, Тланалт, слово в слово.
– Мы благодарим тебя, Плилп. Можешь идти домой.
– Постой, Плилп, – остановил его Марурам. – Ты не заметил, куда после встречи с тобой направился старик?
Плилп потупил взгляд. Потом посмотрел на Тланалта, потом – на Марурама.
– Мы с Зизом немного отошли, и я оглянулся: старик пошёл к Дикому Лесу.
Ожидание было недолгим. Ещё не потускнел дневной свет, как в одно мгновение смысл ожидания обратился в антисмысл, в бессмысленность его существования. Шорош… Шорош явил себя Миру Яви. Он пришёл со стороны озера Лефенд.
