— Вот и я думаю — отчего? Значит, не был он расположен на интервью, у него имелись другие дела в это время, поважней, вот он и злился. Причем возникли дела совершенно внезапно, но в этот день и в это время.
— Вы, как журналист, что думаете, почему могли убить Яценко? Вы же об этом будете писать? У вас же будет версия для читателей?
— Работа у меня такая — писать. Пока это — констатация факта убийства. Может, вы мне что-то интересное сегодня расскажете? Вы опрашивали жильцов дома, откуда стреляли?
— Вы решили теперь у меня интервью взять? — Кочетов в ней не ошибся, она явно будет продолжать эту криминальную тему, но откровенничать с прессой не собирался. — Вы, если что-то узнаете, обязательно сообщите следствию.
— А вы поставьте мне прослушку, и я буду у вас на «поводке».
Кочетов подумал: «Язва, молодая, но язва. Подколола его при случае, не упустила. Обманчивы эти красивые глаза».
Впрочем, он не узнал ничего принципиально нового, раздражение против журналистки не повод для выстрела.
Версии в группе отрабатывались, обрастали подробностями, но не было ни одного подозреваемого. Жильцы дома, с чердака которого выстрелили и которыми интересовалась шустрая журналистка, ничего не видели и не слышали. На чердак в этом доме ходить не принято, да и незачем. Но допустить, чтобы это дело перешло в «бесперспективный висяк», прокурор не имел права.
Москва встретила Романа Шарулева солнечной и ясной погодой. На деревьях зеленела листва, и казалось, что это маленькие зеленые бабочки трепетно сложили крылышки на ветках и вот-вот их расправят. В парке гуляли молодые девушки с колясками, малыши пили из красивых бутылочек, а их мамочки говорили по сотовым телефонам.
До встречи с Несторовым оставался ровно час, и Роман решил посидеть на скамейке и погреться на солнышке. От встречи старых одногруппников сегодня зависит многое, у Романа есть контакты и чиновники, работающие в космических кругах, но открытый разговор он может вести только с Павлом. Кстати, почему его звали Нестор, он подзабыл, скорее всего, производная от фамилии Несторов.
Павел удачно женился, хотя Роман считал, что его семейная жизнь тоже удалась, Татьяна, конечно, так и не научилась экономить, но для дома и семьи всю жизнь старалась, сына вырастила. Правда, он никогда ее страстно не любил, как бывает в книжках, да и особо не задумывался над этим, женщина — это служение мужчине, забота о нем и умение подчиняться. Шарулев вспомнил, как Пашка приехал возбужденный после московской практики.
— Девушку встретил, — не девушку, а мечту!
— Да зачем ты ей нужен, деревня?
— Кому деревня, а кому любовь.
Подробностей Роман не знал, но Павел женился на москвичке сразу после защиты диплома. Потом он пару раз приезжал к ним в город, приходил в гости.
— Тебя можно сразу узнать. — Плотный мужчина стоял около скамейки и с усмешкой смотрел на Романа.
— Нестор! — Они обнялись.
— Смотрю, сидит мужчина, на девчонок глазеет.
— Мне такие девчонки уже в дочки годятся!
— Ладно! Ты как огурчик! Вон моя машина стоит, двигаемся.
В ресторане, куда они приехали, витали чудесные ароматы.
— Один из лучших московских ресторанов, сейчас я закажу вкуснейшее мясо.
— А помнишь, Паша, как мы мясо при разгрузке вагонов воровали, заталкивали, кто куда мог, я однажды холодную печенку в штаны засунул, еле через проходную прошел. Девчонки нас в общаге уже ждали. Какой ужин тогда был! Вкус того мяса до сих пор помню.
— Это потому, что мы были молоды. Как здесь готовят мясо, не готовят нигде. И не смотри на цены, я угощаю! Ну, давай ближе к делу, ты же из Сибири прилетел не мясо есть. Рассказывай! Отчего у вас убивают генеральных директоров?
Роман долго и путано рассказывал про Яценко, про предложение Серегина и про то, что он приехал посоветоваться с Нестором, потому что поддержки и совета ждать ему не от кого.
— Рома, честно скажу, я предполагал твои настроения. — Собеседник был осторожен. — Я не так близок с людьми, что принимают решение о назначении руководителя «Орбитальной группировки», но попробовать можно. Мне самому выгодно, чтобы там стоял знакомый мне человек, да не просто знакомый, а друг юности, который мне тоже при случае руку протянет.
— Я в долгу не останусь.
— Там еще ФСБ коршуном кружит, без их согласования назначение не состоится.
— Так я вроде секреты родины не выбалтывал, за рубежом убежища не просил.
— Этого недостаточно, чтобы возглавить легендарное предприятие. — Павел Анатольевич пристально посмотрел собеседнику в глаза. — Надо поделиться.
— Чем? — спросил Роман, хотя сразу понял, что речь пойдет о деньгах.
— Тем, чем надо делиться, — лаконично ответил Несторов.
Неужели Ромочка действительно думает, что Павел по старой дружбе сделает все, что он захочет? Это один из физических законов космической отрасли — закон сохранения энергии. Он работает и в космосе, и на земле, хотим мы этого или нет, поэтому и не прижилась у нас бесплатная медицина и бесплатное образование. У всего есть своя цена.
