– Помимо того, на Ирге О’Дила есть информация в отделе, занимающемся трафиком оружия, – продолжила Ангелика. – Отмечены следующие сделки: покупка большой партии штурмовых винтовок MD-3 IMBEL в Бразилии летом прошлого года, приобретение через Эквадор нескольких минометов английского производства L9A1, а также многоходовая операция в этой же стране, направленная на комплекс береговой обороны «Берег»…
Про винтовки эти я слышал впервые, у минометов знал только основные характеристики – калибр пятьдесят один миллиметр, дальность стрельбы восемьсот метров, вес шесть с небольшим кило, а вот про «Берег» мне было известно достаточно, чтобы забеспокоиться.
Шесть самоходных артустановок, способных палить на двадцать с лишним километров, мобильный центральный пост, и машины обеспечения. И все это с помощью системы управления МР-195 «Подача» может в полностью автоматическом режиме эффективно поражать цели, двигающиеся со скоростью до ста морских узлов, причем на каждую цель уходит две минуты.
Вещь эффективная, современная и жутко дорогая.
Зачем она Ирге О’Дилу, то есть Джавану Сингху, то есть Хаиму Шорроту?
– Не совсем ясно, – призналась Ангелика, когда я озвучил этот вопрос. – По всем данным выходит, что комплекс «Берег» наш «друг» приобрел, после чего вывез из Эквадора. Куда и под каким соусом – это нужно выяснять на месте, у нас сведений не имеется.
Это что, еще и через океан лететь? Хотя в Эквадор виза не нужна, денег на карточке, выданной шефом, не то что вагон, а целый состав, так что чего бы не мотануться по следам Колумба и всяких конкистадоров?
– А у вас что? Удалось что-нибудь узнать? – спросила белокурая бестия, требовательно глядя на меня.
Вот и все, попал. Придется открывать рот и чего-то говорить. Но что?
– Мы объехали весь Готланд! – похвастался Бартоломью. – Добрались до этого… как его? «Торова замка»! Там столбы каменные и между ними жертвенник, и тут Пат в обморок шлепнулся и задергался. Наглотался какого-то ядовитого газа, что из-под земли выходит.
По глазам Ангелики видно было, насколько ее устраивает эта версия.
Нет, эту младшую сестру Джеймса Бонда не обманешь, она мигом почует ложь, так что придется говорить правду.
– Был газ или нет – не знаю, но я кое-что видел, – с неохотой пробормотал я.
Рассказ о видении давался тяжело – я словно вытаскивал из себя его куски, вспоминал забытые детали, путался и сбивался. И это при том, что я, особенно не напрягаясь, могу трепать языком сколько угодно и на любую тему.
Услышав про вторую галлюцинацию, посетившую меня в ванной, Бартоломью удивленно поглядел на меня. Ангелика же не выказала признаков ни изумления, ни сомнения в моем здравом рассудке.
– Похоже, вы нашли тот круг, о котором говорил Твардовский, – сказала она.
– Ты в это веришь?! – рявкнул я.
– А что мне остается? – в голубых глазах блеснуло сомнение. – А ты веришь в свою выдумку о ядовитом газе?
– Нет. Конечно нет.
Самообман – худшая форма обмана.
– Йог-Согот? Кхтул-лу? Подводный город? Змеелюди? – Ангелика словно пробовала каждое слово на вкус. – Нет, я не представляю, что это означает и чем может нам помочь.
– А, еще! – воскликнул Бартоломью. – Мы видели новость… Из Турции! Там, ух ты, точно как у нас было!
Пришлось мне доставать ноут и разыскивать в Сети то сообщение из Трабзона.
– И это мне не совсем ясно, – резюмировала наша шпионка, усвоив информацию. – Может быть, Эрик Брокдорф сумеет нам помочь? Самое время нанести ему дружеский визит…
Но прежде чем отправиться в гости к бывшему эсэсовцу, мы поселились в отеле «Бест вестерн моргнингтон», находящемся вроде бы и недалеко от центра, но в то же время в довольно тихом месте.
Определившись с жилищем, мы вызвали такси и покатили на Кварнхолмен, островок, расположенный на самой окраине Большого Стокгольма. Чтобы добраться до находящейся в его пределах улицы Тре Крунур, то бишь Трех Корон, мы потратили почти час.
– Вас подождать? – спросил водила, по виду – типичный уроженец Конго или Нигера.
Настоящий швед – особенно если отмыть его в семи щелоках.
– Да, братишка, – сказал я. – Только надеюсь, что рядом нет баскетбольной площадки.
– Что? – не понял водила.
Ясное дело, этот тип никогда не слышал песенки о том, что «даже мертвый негр идет играть в баскетбол».
Ангелика кинула на меня уничтожающий взгляд. Мы покинули машину и оказались у калитки в заборе, окружавшем участок с непритязательным двухэтажным домиком.
Непритязательным на скандинавский взгляд, у нас за такой особняк кто угодно удавится.
Ангелика позвонила, и на крыльцо вышла старушка – божий одуванчик: седые пушистые волосы, кроткий взгляд, передник в стиле кантри и мягкие тапочки в виде пушистых зайчиков.
– Год миддаг! – поздоровалась она.
– Гутен таг, – отозвалась белокурая бестия, и они принялись балакать на дойчландской мове.
Как я понял, Ангелика настаивала, что мы хотим видеть герра Брокдорфа, а старушка упрямо твердила, что сей герр ввиду слабости здоровья не может нас принять. Выглядела она при этом решительно, словно тигрица, защищающая собственный выводок.
