— Это всего лишь мальчик, который наворотит еще больше глупостей, если его не остановить, — Алекс не отодвинулась, она взяла Тайгу за предплечья и смотрела ему прямо в глаза. — Почему ты не понимаешь? Он просто ребенок. Потерянный, ни кем не любимый ребенок. Все, что он когда-либо делал, только лишь для того, чтобы кто-то обратил на него внимание. При всей его видимой грубости, нахальстве, у него в глазах горечь и отчаяние. Маленький брошенный мальчик, который ничего ни для кого не значит. Можешь ли ты представить, какого это при живых родителях чувствовать себя сиротой? Им на него наплевать, они даже не знают, в какой он сейчас беде. Ему некуда идти, не к кому обратиться.
Кагами смотрел на наполняющиеся слезами глаза Алекс. Она держалась за его предплечья просто потому, что боялась снова не устоять на ногах. Кагами поднял одеревеневшие руки и прижал к себе своего учителя. Нэш внимательно наблюдал за этой сценой и анализировал, попутно открывая планшет, чтобы снова по программе найти свой телефон.
— Он движется в сторону станции метро, — сказал Нэш, и Кагами с Алекс посмотрели на него. — Не то чтобы мне было не наплевать на Хайзаки, но…
Посередине последней фразы он передумал ее озвучивать, потому даже начало сказал тихо и сдавлено, надеясь, что его плохо расслышат. Алекс еле заметно улыбнулась и мягко отстранилась от Кагами.
— Поехали, — кивнула она.
(POV Хайзаки Шого)
Я перебежал через дорогу и услышал себе вслед разгневанные автомобильные сигналы. Было бы опрометчиво так рисковать жизнью, но не в моем случае. Теперь уже это не имело значения. Хорошо, что в этом туалете оказалось окно, не думаю, что смог бы пройти сквозь стену.
Я снова сбежал, как поганый трус. Впервые в моей жизни после Ниджимуры кто-то искренне пытался мне помочь, а я снова все спустил в унитаз. Трусливое ничтожество, не способное нести ответственность. Хотел, чтобы за меня снова кто-то принял решение. Думал, что они сами позвонят в полицию и сдадут со всеми потрохами. Так было бы намного проще, ведь тогда я смог бы ненавидеть их. Но теперь выходит, что ненавидеть мне снова приходится только себя.
Опять этот безумный страх накатывает, да так, что колени подкашиваются. Я свернул на маленькую улицу с односторонним движением в спальном квартале и сбавил темп — в боку уже изрядно покалывало. Я зря оттягиваю момент, ведь все равно придется звонить в полицию. И лучше сделать это сейчас, пока еще не поздно. Но как же страшно. Почему я такой трусливый? В ушах звенело, и в глазах все начало темнеть. Я остановился и сел на асфальт, запустив пальцы в волосы и опустив голову вниз.
Она сказала «В твоем случае еще не поздно все исправить и искупить ошибки». Пожалуй, поздно. Мое положение даже не исправит тот поджог. Многие из тех, кого я подсадил, уже вряд ли слезут без врачебной помощи. Мне говорили, что, мол, они сами этого хотят, вот и находят дилеров. Но я понимаю, что если бы меня не было рядом, возможно, эти придурки и не подсели бы. Искусственный заменитель радости. Мне бы такой не помешал сейчас. Только весь товар остался дома. А это неплохая смерть — умереть от радости и тотального расслабления. Пожалуй, это лучше, чем быть задавленным тараканом. Но потрепанные жизни этих неудачников всегда будут на моей совести, от этого мне никуда не сбежать.
«В твоем случае». Видимо, в ее случае уже поздно. Интересно, что такая малышка могла натворить? Она твердит, что ей уже столько лет, но в глазах по-прежнему огонь, который она старательно сдерживает. А я смотрю в зеркало и вижу глаза уставшего от жизни унылого старика.
Возле меня резко остановился черный автомобиль, но я не спешил поднимать голову.
_____
— Направо, — командовала Алекс, глядя в навигатор.
— Я уже понял, — ворчал Нэш. — На другой поворот «кирпич».
Кагами молча сидел сзади, проклиная все на свете за то, что не смог отказать Алекс. Какие аргументы, кроме банальных силовых приемов, можно привести после такого монолога от нее? Сплошное безумие вся эта погоня за крысой. Спасать от смерти того, кто, по словам Алекс, является наркодилером в школе? Прекрасная идея.
Нэш снова резко вывернул руль, и непристегнутого Кагами дернуло в сторону, он едва успел схватиться за сидение, чтобы не стукнуться головой.
— Здесь ограничение в скорости тридцать стоит! Ты что, знак не видел? — Кричал Кагами.
— Хватит вопить мне под ухо, обезьяна! — Нэш ехидно ухмыльнулся, но скорость сбавил — переулок был достаточно узким, чтобы в нем сложно было маневрировать.
— Теперь налево, и в конце улицы будет Хайзаки. Он снова бежит, — сказала Алекс, не обратив внимания на перепалку.
Нэш завернул, и она подняла глаза. Впереди был только удаляющийся минивэн.
— Это тот же минивэн, что я видел утром у бара, когда мы приехали, — Нэш с осторожностью посмотрел на Алекс, а потом медленно из стороны в сторону помотал головой. — Мы опоздали.
