То есть вначале, конечно, он увидел незнакомого высокого парня в спортивном костюме «адидас» с косыми лампасами на штанинах. Парень стоял в углу номера, заслоняя собой мерцавший экран телевизора, и смотрел в лицо Кротову. В руках он держал короткий десантный автомат с пластиковым рожком – плохой магазин, ненадежный, патрон идет наперекос, дурак, о чем я думаю! – и нацелился Кротову в пояс.
Парень глянул куда-то в глубь комнаты и утвердительно кивнул головой. Чужой мужской голос произнес:
– Пусть заходит.
– Какого черта? – сказал Кротов, прикрыл за собой дверь и вошел в комнату.
Валентин Сергеевич сидел на кровати, отвалившись спиной на подушку и раскинув ноги в трико и белых носках. Во всю левую щеку «белоруса» расплывалось багровое пятно. «Ну уж нет», – подумал Кротов и сказал:
– Что вы себе позволяете?
– Вы здесь живете?
Чужой голос принадлежал пожилому крепкому мужчине с коротким ежиком седых волос. Седой держал в руках паспорт и служебное удостоверение «белоруса».
– Да, я здесь живу. А вы?
– Ваши документы, пожалуйста, – сказал седой. Спортсмен шевельнул автоматным стволом.
Кротов уже догадывался, что это не бандиты, и властно-вежливые манеры седого – не просто игра на публику. Он достал из кармана паспорт и протянул его седому.
– Присядьте.
Кротов остался стоять, скрестив руки на груди.
– Вы были сегодня в корейском буфете, Сергей Витальевич? – спросил седой.
– Да, были. А что?
– Ваша компания вела себя непристойно и угрожала оружием владельцу буфета.
– Это не наша компания, – сказал Кротов. – Мы пришли отдельно и сидели отдельно.
Седой посмотрел на спортсмена, тот молча кивнул головой.
– Но ваш партнер был за общим столом.
– Да, был, его пригласили. Ненадолго.
– Вы знали этих людей?
– Я – нет. Валентин Сергеевич знал одного.
– Фамилия.
– Сейчас, минуточку...
– Лип-пицкий, – прохрипел с кровати «белорус».
– Точно, Липицкий, – подтвердил Кротов.
Седой раскрыл маленькую записную книжку и сверился с записями.
– Правильно. Ещё фамилии вам известны?
– Нет, – твердо сказал Кротов.
– Губайдулин? Скрытченко? Бахарев? Евдокимов? Кандур?
– К-Кандур, – повторил Валентин Сергеевич. – Снабженец из Юганска.
– В каких номерах живут?
– Понятия не имею, – ответил Кротов.
– Т-там визитка, – выговорил «белорус» и указал пальцем в нагрудный карман висевшего на спинке стула пиджака. Седой достал оттуда белый кусочек картона и массивное удостоверение с гербом и золотыми буквами. Раскрыв «корочки», седой хмыкнул и с интересом посмотрел на «белоруса».
– В следующий раз, Валентин Сергеевич, будьте разборчивее в знакомствах. Вы думаете, вашему президенту понравится, если он узнает, как развлекается в Москве его консультант?
Валентин Сергеевич всплеснул руками и уронил подбородок на грудь. Седой положил документы на тумбочку, повертел перед глазами белую «визитку».
– Кандур Игорь Львович, восемьсот пятый... Вперед.
Спортсмен с автоматом опустил ствол и прошел к двери, слегка задев Кротова твердым плечом. Седой двинулся следом, не удосужившись прикрыть за собой дверь. Кротов достал из кармана мокрого плаща сигареты, сжал их в кулаке и в четыре широких шага вылетел в коридор.
– Вы бы хоть извинились, – сказал он в спину уходящему.
Седой прекратил движение и обернулся.
– За что, позвольте спросить?
Кротов смотрел в глаза седому, на ощупь выуживая сигарету из пачки. Спортсмен с автоматом замер у лифтовой двери.
– За что извиняться? – негромко сказал седой. – Ваш друг принимал участие в коллективном издевательстве над стариком, а вы сами доблестно сбежали, не так ли, Сергей Витальевич?
– Все правильно, – сказал Кротов. – Только зачем вы соседа ударили?
– Ему полезно, – сказал седой. – Кстати, я вижу, вы «Бенсон» курите. Могу я полюбопытствовать, где вы их берете?
– В тумбочке, – ответил Кротов, и оба улыбнулись. – Вы из местной охраны, да?
Седой голливудски нахмурился и прижал палец к губам. Кротов протянул ему пачку сигарет.
– Угощайтесь.
– Спасибо, сам не курю. – Седой слегка поклонился и продолжил движение к лифту.
В номере Валентин Сергеевич уже спустил ноги с кровати и крутил наборный диск телефона.
– Ну я сейчас!.. Нет, вы только подумайте!
– Да ладно вам, – брезгливо сказал Кротов.
– Ну как знаете. – «Белорус» оставил телефон и улегся в кровать лицом к стене, демонстрируя спиной оскорбленное достоинство.
