Несмотря на бодрый тон Консультанта и его заверения, быть оптимистом у меня никак не получалось. В голову лезли самые скверные мысли. Марика тоже пыталась меня время от времени утешать, но я все равно думал о худшем. Тога даже не пытался со мной заговаривать – он все еще был в шоке. Так что, не теряя время на душеспасительные разговоры, мы вихрем пронеслись по Авернуа и немного успокоились только когда оказались по ту сторону границы.
Гостиница «Усталый путник» в городке Сабату стала первым местом, где мы осмелились остановиться на отдых – по правде сказать, ехать дальше мы были просто не в состоянии. Наше появление в городе особой радости не вызвало – имперцев здесь определенно не любили. Мантия Тоги подействовала на местных раздражающе: не успели мы въехать в город, как за нами увязалась толпа детишек, кричавших нам вслед: «Перцы-имперцы!» Женщины старались побыстрее убраться с нашей дороги, а мужчины провожали мрачными взглядами. Хозяин гостиницы подозрительно посмотрел на наши покрытые пылью осунувшиеся физиономии, на грязных, измотанных лошадей, но лишних вопросов задавать не стал, лишь расспросил Тогу, что может для нас сделать.
– Стол и ночлег у меня отменные, – заявил он, – а лошадок ваших кузнец наш перекует. Они, бедненькие, охромеют у вас. Загнали вы их прям почти насмерть, вашество!
Я так понял, он решил, что главный в нашей маленькой компании именно Тога – типа, боевой маг, путешествующий в компании девушки-проминжа. Выслушав невнятные объяснения Тоги на тему «Спешные дела и плохие дороги», корчмарь взял с нас тридцать дукатов за все про все, и мы наконец-то смогли поесть и отдохнуть.
Первым делом мы отоспались, причем спали по очереди – пока один кимарил, второй караулил на случай появления погони. После нескольких часов сна пришел лютый голод. Сидя в деревенской таверне, мы жадно поглощали огромную яичницу с колбасой, салат из красной капусты с яблоками и оливковым маслом, свежий белый хлеб, запивали обед отличным сидром и старались делать вид, что все-то у нас путем. Однако тень Мастера слишком прочно упала на нас, и Тога в итоге снова заговорил о случившемся в Орморке.
– Знаешь, тебе надо было взять Мастера в заложники, – сказал он, прожевав очередной кусок колбасы. – Тюкнуть его чем-нибудь потяжелее, связать и увезти с собой. И потом потребовать голову обратно.
– Хорошая мысля приходит апосля, – ответил я. – Что сделано, то сделано. Хорошо, я хоть вообще эту гидру в состоянии аффекта не пришиб. И вряд ли бы у нас что-нибудь вышло с заложником. Не забывай, что Мастер маг и очень сильный, а с магами я сражаться пока не умею. И убить его нельзя – моя голова у него. Так что принимаем статус-кво и дружно жуем яичницу. Ты чего?
Еще в дороге я заметил, что Тога старается не встречаться со мной взглядом. Вот и теперь он постоянно смотрел не на меня, а в тарелку. Мне стало интересно, в чем тут дело.
– Понимаешь, я никак не могу к тебе такому привыкнуть, – сказал Тога, помедлив немного. – Есть в этом что-то ненормальное. И глаза у тебя…
– Чем ему не нравятся мои глаза? – подала голос Марика.
– Что-то не так с глазами? – спросил я.
– Зрачки эти, кошачьи. Жутко больно.
– Ну, я ж типа вампироморф. Марике по статусу такие глаза положены.
– Нет, я не об этом… Понимаешь, я когда после училища начал работать на электростанции, у нас электрик один был, Игорек. Молодой парень, на три года старше меня. Полез он однажды в трансформаторную и что-то там недоглядел – короче, шарахнуло его по полной. Насмерть шарахнуло. И вот помню, лежит он мертвый посреди цеха, вокруг люди, а глаза у него открытые, и зрачки почему-то стали вертикальные, совсем как у тебя сейчас.
– Кошачий глаз, один из признаков смерти, – сказал я. – Теперь понятно. Ну извини, если я тебя пугаю.
– Нет, не пугаешь, просто как-то не по себе становится, сразу того парня вспоминаю. – Тога отложил вилку. – Прости, если я тебя…если Марику обидел.
Я собрался было ответить, но тут рядом с нами кто-то вежливо покашлял. У нашего стола переминался с ноги на ногу коренастый седой мужичок с румяным круглым лицом и объемистым пузом, распиравшим его подшитую лисьим мехом суконную куртку.
– Мое почтение и приятного аппетита господину магу! – заявил пузан самым слащавым голосом, когда мы с Тогой посмотрели на него. – Позвольте представиться, мое имя Касиен Каннель, я владелец виноградников и винокурен «Аржано», негоциант и ростовщик.
– Рад знакомству, – ответил Тога, но себя и меня не представил. Не иначе заподозрил что-то.
– Да не прогневается уважаемый мастер на недостойного, осмелившегося нарушить его трапезу, но не могли бы вы, почтеннейший, выслушать меня?
– Да? – Тога растерянно посмотрел на меня.
– Я говорю, не соизволите ли вы поговорить со мной?
– О чем вы хотите говорить?
– О деле крайне важном для меня. Можно сказать, брутально важном.
– Хорошо, – тут Тога снова переглянулся со мной. – Говорите, что там у вас.
– О, благодарю! – просиял толстяк и тут же крикнул корчмарю неожиданно густым и сочным басом: – Ардаль, три бутылки белого «Аржано», самого лучшего!
