Сломанная кукла/The Broken Doll полностью

Вспомнив, что диспетчер сказал, если огонь дойдет до газа, то дом взорвется. Она пыталась тащить изо всех сил отца на улицу, схватив его за руки. Стекла больно впивались в ее ноги, причиняя неимоверную боль, но в крови бурлил адреналин, и все что было важно это вытащить его из горящего дома. Сделав последний рывок, ей удалось это сделать. Ветер ударил в лицо, а холод пронизывал до костей. Через некоторое время произошел взрыв. Девочка упала на колени пред отцом. Дождь заливал все в округе, а она всё время плакала.

— Не умирай, не умирай, не умирай! Я не смогу без тебя, прошу, папа! — Адриана кричала и трясла отца за плечи.

Но она не понимала, что отец уже не ответит. Его сердце перестало биться.

Уткнувшись в его шею, Ана вцепилась в окровавленную футболку отца, до боли сжимая ее в руках. Адриана начала задыхаться от боли. Она не могла поверить в то, что погиб тот, кто был ее опорой, кто любил ее больше жизни, кто был ее миром после смерти матери. Сердце разбилось на сотни осколков, будто снова и снова ранили ножом.

Послышался вой сирен и голоса людей. Девочке было плевать на них. Она не отпустит его, ее мир рухнул. Кто-то пытался оттащить Ану от тела отца, пытались шептать ей слова утешения, но малышка держала последнюю ниточку, связывающую ее с отцом.

Друг семьи Лука Уилсон схватил ее за плечи и силой оттащил от тела.

— Ана, детка, все будет хорошо, — тихо прошептал он ей на ухо, ему было больно не меньше, единственный друг… Брат… Погиб, оставляя маленькую принцессу в этом жестоком мире. Но в этот миг Лука твердо решил, что не оставит ее одну, он пройдет с ней все испытания и разделит тяготы, которые девочке преподнесет судьба.

— Нее-е-т… Нее-е-т… Не смейте… Не трогайте его… Не трогайте… Па-а-а-па… Па-а-па, — истошно закричала Адриана вырываясь.

Она кричала так, что в жилах застывала кровь, а сердце разрывалась на части. Боль была непередаваемая. Ана кричала, пока не охрипла. Вырывалась, пока были силы. У нее случился нервный срыв, врачи вкололи ей дозу успокоительного, а потом настала пугающая темнота.

Кладбище — это пристанище боли, скорби и заблудших душ.

Серое надгробие и вырезанное на нем имя — все, что осталось от отца Адрианы.

Напоминание о том, что было утеряно и о том, что его больше нет. Вместе с отцом она похоронила свои мечты, душу и сердце.

Темное небо, казалось, играло с ней злую шутку, когда вновь пошел дождь. Но Ана не спешила уходить, она упала на колени перед могилой и долго сидела. Слез уже не было, была лишь пустота, боль и злость.

— Ты говорил, что месть — страшная вещь. Она туманит разум и подчиняет себе человека. Ты прав. Но месть — это то, что удержит меня на плаву, — тихо, но твердо произнесла Ана. Её пустые глаза смотрели на фотографию отца.

Ветер и дождь вновь ударили Адриану в лицо, но она не чувствовала обжигающего холода. Шелест голых деревьев наводил лишь мрак и тоску. Усиливающийся ветер дал ей понять, что пришло время уходить.

— Я клянусь, что заставлю его заплатить. Я уничтожу всех и всё, что встанет у меня на пути… Я устрою ад на земле, если потребуется, но найду его и убью.