Борн кивнул. Это было разумно, когда в мире хватало магии. Но не сейчас.
— Ты заметил что-нибудь необычное в тех юных, что сумели пройти сегодня через огонь?
Чёрт покачал головой.
— Значит, придётся рискнуть и начать учить всех, кто хотя бы формально прошёл испытания, — подвёл итог демон.
— И детей конюха? — уточнил Зибигус.
— Выбирай по способностям! — нахмурился Борн. — Мир изменился, помни об этом. Нам придётся заново переделить его людей на вельмож и конюхов.
Он оглядел комнату, которую Зибигус успел обставить, как рабочий кабинет.
— А как ты поступил с младенцем от повитухи? — спросил он, ощутив слабенький детский запах.
— Я забрал его у человеческой женщины. Он чудесен. В нём есть душа, как у человека, но я не могу сказать, что он полностью человек.
— А форма его постоянна? — поинтересовался Борн. — Он не меняет её, когда голоден или злится?
— С виду это совершенно обычный ребёнок, — чёрт поднялся с пола и распрямил спину. — Ты можешь убедиться сам, мой господин.
Он открыл дверь в соседнюю комнату и негромко позвал:
— Марта! Как там этот мальчишка, уснул?
— Ещё нет, господин, — откликнулась служанка и вынесла мальчика, завёрнутого в богатое одеяльце.
— Что, ты и Кастора с собой взял? — усмехнулся Борн, помня как молодой чёрт цеплялся за этого младенца.
— Кастор — парень расторопный, — сказал Зибигус уклончиво. — Ему и в Вирне найдётся работа.
— А повитуха? — Борн посмотрел в сморщенное личико, вгляделся в ауру, с виду почти человеческую. — Может быть, малышу всё-таки лучше было остаться с матерью хотя бы на первые пять лет?
Рассмотреть демон ничего не смог. Ребёнок был слишком мал, чтобы различить что-то в линиях, пересекающих светящееся пятно жизненной силы.
— Проклятая баба хотела скинуть младенца, — поморщился Зибигус. — Не годится она как мать. Я нашёл для мальчишки кормилицу.
Борн взял свёрток с ребёнком в руки. Присмотрелся внимательнее и только тогда понял, что именно ввело его в заблуждение.
В ауре мальчика не было тех особых серых нитей, что у детей Зибигуса. Она была яркая, ровная, и непроницаемая!
— Это не сущий! — воскликнул демон. — Но и не человек! Его судьбу прочесть невозможно, так хитро сплетаются в нём нити путей. Они — как огонь!
— То-то и оно, — кивнул Зибигус. — Но его магический дар бесспорен. Когда он плачет — кормилица не может не взять его на руки. Если запереть её в соседней комнате и дать ей послушать плачь — она буквально сходит с ума.
— Значит, стихии сами рождают себе магов? Мир не бывает пуст…
— Его никто не сможет воспитать, кроме меня, так он силён, — кивнул на младенца чёрт. — Рождённый от магически одарённого сущего и смертной…
— Магически?.. — Борн отдал младенца и повернулся к двери. Он вспомнил, что на весь день позабыл о Фабиусе.
Но уходить без прощальных слов было нельзя. Зибигус должен был ощутить его одобрение, ведь забот у него, благодаря приказу демона, прибавилось безмерно.
— Воспитывай его так, как должно! — объявил он уже на пороге. — Я не трону твоих детей. Ты поступил неправильно, но дальновидно, и я одобряю твоё решение. Сатана решил, что раз путь в ад нам закрыт, мы останемся здесь в одиночестве? Он обманулся! Делай своё дело, чёрт, я не буду тебе мешать.
Борн сделал шаг сквозь дверь, потом через междумирье.
Он понял, что ему нужно срочно навестить Фабиуса.
Йора была удивительно красивым городом. Может быть, потому, что ужасно старым.
Если действующую столицу, Вирну, люди выстроили уже после катастрофы на развалинах какого-то древнего города, то Йора уцелела с самых давних времён. Прикрытая горами, она пережила и времена разрухи, и нашествие адских тварей.
В дни, когда ужасные звери поднимались из бездны и пожирали людей, здесь успешно держали оборону. В те времена города ещё не окружали высокие стены, но жители Йоры, работая и днём, и ночью, сами обложили свои поселения камнем, иначе им было не выжить.
В память об этом у коровьих ворот сохранилась старая грубая кладка с потёками чёрной крови, намертво въевшимися в камень.
В годы безвременья Йора стала столицей мира людей, как место, где успешно действовал совет магов, а люди стойко оборонялись, не допуская в город тварей.
Тринадцать веков назад, когда города, залитые кровью, один за другим падали к ногам Сатаны, магистерский совет Йоры принял непростое решение покориться Безликому добровольно.
После подписания договора о Магистериум морум в Йоре тоже выросла чёрная церковь Сатаны. А вот власть постепенно покинула её.
Люди начали восстанавливать разрушенные тварями города, и столица переехала в более удобную Вирну. До Йоры ещё нужно было добраться через горные перевалы.
Зато в Йоре уцелели старинные дома, а в них — древний водопровод, питаемый ледяной водой горных рек. И потому город был удивительно чистым.
Фабиус, поражённый магией этого водопровода, открытой им в ратуше, в покоях бургомистра, где жила теперь Алисса, весь световой день копался в нём, пока отсутствие яркого света не ввергло магистра в уныние.
