Гламур запнулся и несколько метров бежал, разбрасывая ноги в стороны. Однако держался он уверенно. Было хорошо видно, что прием дозы уже произошел, но глаза его ясны.
– Послушайте, Макаров, пообещайте, что не примете мои слова за бредни! Пообещайте, и я, в свою очередь, клянусь, что скажу, где я беру героин!
– Обещаю.
Левша отвернулся и покачал головой.
– Когда мы высадились на Острове, – шелестящим и стремительным шепотом заговорил Гламур, – у меня с собой был пакетик порошка. Я решил не оставлять его на борту. Знаете, эта корабельная прислуга… Выкрадут, а на Бермудах меня же и сдадут. Поэтому я забрал его с собой. Мне его хватило на несколько дней, пока меня не вычислила бывшая наркоманка Дженни…
– Бывшая наркоманка?
– А вы не знали? О! Так я вам ничего не говорил!.. Я поддался ее уговорам и отдал пакет. Она его высыпала. А «Кассандра» ушла. И уже утром следующего дня я понял, что поступил опрометчиво. Меня ломало страшно, до боли… И я понял, что отдам здесь концы. Но когда мне стало совсем плохо, я вдруг очнулся у себя в квартире, в Москве…
– Можно с ним я поговорю?
– Левша, будь добр, отбеги на десяток метров, – попросил Макаров, не отводя взгляда от Гламура. Выждав, пока Левша удалится, он попросил продолжать.
– Спасибо, – поблагодарил Гламур. – Люблю людей, сдерживающих обещания… Так вот, я очнулся на кровати в своей квартире. Долго лежал, пытаясь сообразить, что происходит, а потом плюнул и направился к сейфу.
– В том состоянии у тебя ломки не было?
– В том-то и дело, что была! Я открыл сейф…
– Ты нам еще код замка сообщи.
– Левша! – Макаров резко обернулся, на лице его светилась досада оттого, что Левша продолжал участвовать в разговоре. – Я же попросил!..
– Код замка я тебе сообщить не могу, старик! Там сейчас лежит сто сорок тысяч долларов и бриллиантовая диадема для лучшей актрисы года! А меня уже разок обнесли, так что воробей я стреляный… – Гламур кашлянул. – В общем, открыл я сейф. Взял из него три сотки баксов. Потом вышел на улицу, сел за руль своей тачки и помчал в клуб «Вавилон». Он в получасе езды по пробкам от «Дома Мазинга». В Москве был вечер, тусовка только загудела, и поэтому я без труда нашел Гарика. Купил у него героин – ему, правда, пришлось для этого сбегать наверх, поскольку я не одну дозу просил, – сел в машину и поехал домой. Лег на кровать и…
Левша замедлил шаг и чуть отстал.
– И?
– И утром проснулся на Острове.
– Что было потом?
– Потом меня пытался отутюжить своими конфессиональными заморочками Франческо. Нидо тоже постарался на славу…
– Я не об этом спрашиваю. Что было потом, когда героин закончился?
– Потом началась ломка. И когда я снова стал сходить с ума – ночью, уже на этой барже, – я снова очнулся в Москве. Набрал код на сейфе. Вынул три сотки баксов, приехал в «Вавилон», нашел Гарика, купил героин…
– То есть… – Макаров почесал лоб. – Подожди… ты хочешь сказать, что, когда приходил в себя на Острове, всякий раз обнаруживал у себя в кармане пакетик с героином?
– Именно это я и хочу сказать.
– Левша! – Макаров крикнул так громко, что голос его должен был быть услышан даже на авианосце.
– Что? – тихо ответил Левша, семеня за его спиной в двух шагах. – Я все слышал… Гламур, ты что, в «Доме Мазинга» живешь?
– Да. А что?
– Ничего, просто спросил, – сухо пробурчал Левша. – Мне этот дом очень нравится. Архитектура красивая. А какой код ты набрал?
– Это имеет какое-то значение?
– На этом Острове все имеет значение, – бросил, задыхаясь, Макаров.
– Да пожалуйста… «Antananarivu».
– Антананариву? – удивился Макаров. – Столица Мадагаскара? Решил, что труднее слова не сыскать?
– Нет, дело не в этом. У меня было еще почище до этого – «fackyou». Так открыли, гады… Я сменил код, но и сейф пришлось усовершенствовать. Код – ерунда. Я слова обычно подбираю по городам, в которых бывал и где мне улыбнулось счастье.
– Например?
Макаров покосился на Левшу – это-то зачем нужно?
Гламур пожевал губами:
– Например, «Варшава». Там я в казино тридцать две штуки баксов выиграл…
Левша шел рядом и остывшим взглядом наблюдал за Гламуром.
– «Берлин», к примеру. Мне приз на кинофестивале вручали… – Гламур подумал и что-то вспомнил. Лицо его потемнело, но он, передумав вдруг печалиться, повеселел. – А вообще, пустое все это – деньги, призы… Драйв – вот что заставляет жить! В одном из ресторанов Лонг-Айленда полгода назад я заключил контракт с «Уорнер Бразерс» на совместное производство фильма. И вот теперь живу как на вулкане! Меня нет, а дело стоит! Еще неустойку выкатят… И тогда лучше уж мне здесь навсегда остаться. В договоре размер неустойки в бюджет любого фильма Михалкова еле поместится…
– Понятно, – пробормотал Левша и посмотрел на приближающиеся джунгли.
Три точки быстро двигались по равнине к джунглям. До леса им оставалось около пятисот метров.
– Только бы они вернулись, – прошептала Дженни.
– Только бы не наступила ночь…
Дженни обернулась. За ее спиной стояла Катя.
Прямо перед лицом Гламура, крича так, словно ее ухватил за хвост леопард, проскакала по веткам обезьяна.
