К счастью, людям хватило ума успокоиться и благодаря друзьям парня понять, что перед ними находился ребенок, нуждающийся в защите и отдыхе. Кагами наблюдала за происходящим издалека, не рискуя дразнить толпу своей персоной. Лишь дождавшись, когда люди более-менее успокоятся, она двинулась следом. Надеялась, что к ней особых вопросов не будет.
У толпы действительно вопросов не возникло. Проблема появилась намного раньше.
– Стойте на месте.
Охрана, которая с натягом позволила Мидории и остальным детям пройти на территорию, насчет Кагами не церемонилась, и тут же направила на нее оружие. Любопытно, учитывая, что ее голову и лицо не скрывали ни капюшон, ни маска. Подобное приветствие вызвало у девушки неопределенные чувства.
– Вы понимаете, кто я хоть? – проформы ради уточнила Кагами.
– Вы… Беркут, – напряженно отозвался один из мужчин.
– Тогда… в чем ваша проблема?
– Прошу прощения, но нам поступил приказ не пускать вас на территорию ЮЭЙ.
Охраннику, который был младше своего напарника, оказалось неловко делиться с ней такой информацией. Но зато во взгляде старшего Кагами не заметила ни тени жалости, столько жесткости и неприязни она давно не встречала лицом к лицу. Только не это беспокоило девушку.
– Вы издеваетесь что ли? Мне приказали сопроводить мальчика в академию, здесь мы должны встретиться с зампредседателя, он где-то в этих зданиях. Кто вам этот приказ отдал?
– Простите, это д…
– Мы не обязаны перед вами отчитываться, – перебил своего коллегу мужчина, недовольно сощурив глаза. – Уходите. Здесь вам не рады.
Все не рады, или мужчины старше сорока, которым дай повод посмеяться над неудачей бывшей героини? Сначала восхваляют, дрочат на журналы с ее фото, а теперь истекают желчью.
– Я агент комитета безопасности, все еще про-герой, – не сводя озлобленного взгляда с собеседника, с холодным спокойствием произнесла Кагами. – Моя способность позволит мне пройти на территорию, даже если вы начнете стрелять в меня. А начнете? Та толпа все еще на взводе.
– Простите, это директор велел задержать вас на входе.
– Идиот, чего ты рот открываешь!
– Да в чем проблема сказать-то? Леди Беркут, нам правда жаль, но мы ничего…
Никакая фраза лучше не опишет расположение духа Кагами, чем «ебала она мнение директора». Что за фокусы? Если бы это было согласованное решение из-за того, что за ней охотился Кохэй, и причуда тьмы делала его малоуязвимым к защитной системе академии, Уширомия сообщил бы. Значит, директор ЮЭЙ принял единоличное решение не пускать потенциальную угрозу на территорию с гражданскими.
Не хотела Кагами опускаться до откровенных жалоб и возмущений, но какой смысл оставлять ее за забором, если Мидорию они впустили внутрь? Промокшая под дождем до нитки, измотанная физически и морально, девушка отказывалась включать солидарность. Потому что изначально нельзя было выпускать мальчика на волю, как минимум позволять ему пускаться во все тяжкие.
Наблюдая за перепалкой охранников, Кагами закатила глаза и двинулась вперед, заставив их оторваться от разговора. Попытка остановить ее не увенчалась успехом, девушка просто рассеялась дымкой, пройдя мимо них и материализовавшись уже на территории ЮЭЙ. Думала, покричат и успокоятся, либо доложат по рации директору, но ничего гениальнее охрана не придумала, чем сделать предупредительный выстрел.
Грохот хлопка не только вынудил Кагами остановиться. Толпа гражданских испуганно вздохнула, люди тут же пригнулись, хватаясь за головы. Студенты ЮЭЙ отреагировали менее боязно, напряглись и приготовились к бою. Но как минимум всеобщее внимание теперь было обращено к ее персоне.
– Стоять, или я выстрелю!
А ведь она хотела по-тихому проникнуть в ЮЭЙ, чтобы избежать шумихи и встретиться с Уширомией. Но решила все сделать правильно. Хотела бы Кагами позвонить парню, но у нее телефон уже как три часа разряжен и мок в кармане. Забавно, что по итогу она предстала на всеобщем обозрении. Страх, который ученикам ЮЭЙ удалось заглушить из-за возвращения Мидории, вновь промелькнул во взгляде людей.
– Идиот, – прошептала Кагами, чувствуя, как злость разбухает в груди. Развернувшись, она поняла, что мужчина действительно вознамерился упрямиться до последнего.
Есть люди адекватные, а есть перепуганные трусы, которые могли лишь ненавидеться и возлагать ответственность на других. Кагами ненавидела их, бегущих от обязательств, которые, бравшись за дело, исчезали из виду при малейшей угрозе. Из-за таких людей пострадала Мэй, и речь не только об ублюдке работодателе, но и об отце.
Речь о тех, кто не видел грани между личностью и образом… о тех, кто требовал отдать обладателя Одного-за-Всех злодею в надежде, что буря обойдет их стороной.
– Ну, чего стоишь? – зарычала Кагами. – Стреляй. Стреляй, если уверен, что это лучшее решение, что таким образом ты спасешь всех людей в этой академии от человека, который обладает такой же причудой… но пользуется ею с детских лет.
– У нас четкий приказ не пускать вас на территорию, вы сами нарушили его!
