Еще один лазерный импульс, не ближе первого. Я наблюдал, как лазерный луч вспыхивал и угасал, снова вспыхивал и снова гас, и сам готовился к ответному выстрелу. Дистанция сокращалась. До корабля оставалось менее километра. Еще несколько секунд – и луч с минимальным рассеянием сможет пробить полисплавный скафандр и нанести достаточный ущерб оказавшейся на пути органике. Немного везения – и я снесу ему голову или зажарю легкие. Не повезет – и тогда нанесенные Карере травмы позволят мне безопасно подойти ближе.
Я почувствовал, что скалю зубы в злорадной ухмылке. Вокруг меня в яркой вспышке загорелся весь космос.
На долю секунды, отмеченную лишь подсознанием Посланника, я успел представить, будто назад вернулся экипаж погибшего марсианского корабля, возмущенный ядерным взрывом вблизи места их упокоения. Будто мертвые встали и огнем отметили мое вторжение.
Пристегнувшись к летящему вперед модулю, я бросил тело в сторону. Направленный из-за прилива на корпусе корабля луч ударил сверху. В то самое место, где я только что находился. Вращаясь, я сумел выстрелить в ответ. Три секунды беспорядочной пальбы – и луч Кареры погас. Подлетая к крыше, я оставил между модулем и той позицией, что занимал Карера, прикрытие в виде архитектурных излишеств марсианской конструкции. Включив реверс, погасил скорость и лег в дрейф, медленно подплывая к корпусу. В висках стучала кровь.
Опасная близость корпуса обостряла восприятие неземной архитектуры. Скульптурно вылепленная поверхность корабля выглядела поверхностью настоящего планетоида, и я парил, медленно приближаясь к ней, на дистанции около пяти метров. Метрах в ста горел яркий свет, отбрасывая неровно пляшущие тени на стены, мимо которых я двигался. На поверхностях окружавших стен я видел причудливые архитектурные фрагменты, завитки и прорезы, напоминавшие барельефы или техноглифы монументального размера.
Голос Кареры прозвучал так ясно, будто он сидел рядом со мной. Я просканировал дисплеи гермошлема. Переговорное устройство работало только на прием. Ткнув кнопку на боковой поверхности шлема, я увидел, как заморгал индикатор включенного передатчика. Осторожная коррекция положения тела – и я продолжил движение вдоль корпуса. Между тем…
– Ах да. Совсем забыл. Тот случай был с Рэндолом. Но два выхода едва ли сделали из тебя ветерана команды "Вакуум".
Карера словно играл роль доброго дядюшки, но ему никак не удавалось скрыть бушевавшую под этой маской ярость.
– Сие весьма показательно – как подтверждение моей скорой победы. Ковач, я убью тебя. Разобью стекло твоего шлема и хорошенько прожарю тебе лицо.
– Тогда поторопись. У меня мало времени.
Я внимательно сканировал затвердевшие на корпусе пузыри в поисках позиции, удобной для снайпера.
– Вернулся посмотреть, хе… Или забыл здесь голографическое порно из разряда своих сентиментальных увлечений? Где же? У причального порта?
– Просто держу тебя подальше от ворот. Пока Вордени запускает процесс их закрытия. Вот и все.
Короткая пауза. Я слышал тяжелое дыхание Кареры. Укоротив ремень плававшего рядом лазера, я тронул ручку управления пилотируемого модуля, рискнув дать один полусекундный импульс. Привязной ремень натянулся. Двигатель тихонько потащил меня вперед и выше.
– В чем дело, Исаак? Ты огорчен?
Он шумно потянул носом воздух.
– Ковач, ты дерьмо. Продал своих друзей, как вшивый чинуша. За что? Они умерли, пополняя твой банковский счет.
– Кажется, это наша работа, Исаак. Убийство за деньги.
– Мне по херу гребаный квеллизм. Этот случай – особый. Сегодня легла под шрапнелью сотня людей "Клина". Не говоря о Тони Леманако и Квок Юэн Юй… Твои руки по локоть в их крови.
Что-то обожгло мне горло и защипало глаза. Имена…
– Как солдаты они оказались слабоваты.
– Мать твою, Ковач!
– Как скажешь.
Я оказался у стыка, на котором застывшие пузыри образовывали круг, выступая из основной структуры. Вытянув руку вперед, я зацепился за неровность. По телу пробежала волна панического страха: что, если Карера заминировал корпус?
Запечатанная в полисплав рука ощупала корпус, и я замер неподвижно. "Санджет" глухо свалился с плеча. Рискнув выглянуть через узкий проем между двумя пузырями, я быстро осмотрел позицию. И нырнул обратно в укрытие. Подсознание воспроизвело зафиксированную в памяти картинку.
