Перед глазами стояло посеревшее лицо Айзери, его дрожащие руки. Он был напуган до смерти, боялся Чариаса. Почему Джек ничего не сделал? Как он мог позволить Айзери уйти куда-то одному, когда вокруг бродит одержимый жаждой убийства веракула? Чариас наверняка в ярости и, как сказал Айзери, сконфужен. Его тайна выплыла наружу. Есть ли лучший способ сохранить ее, кроме как прикончить того, кому она известна?
— Эй, ты в порядке?
Джек посмотрел на Шая, вампира, которого умудрился оскорбить в первые же минуты знакомства. Шай все еще относился к нему не особенно дружелюбно, но теперь они хотя бы разговаривали.
— Я переживаю за друга, — прошептал Джек, показав на пустое место. — Сегодня после обеда он…
Шай вдруг застыл, подняв руку, закрыл рот ладонью и отвернулся.
— Шай, что такое? — спросил Джек и, наклонившись, дотронулся до предплечья вампира.
— Не надо! — Тот вырвал руку. — У тебя изо рта пахнет кровью.
Джек отпрянул и испуганно провел языком по внутренней стороне губы. Да, явный металлический привкус. Джек спешно порылся в карманах, вытащил коричную жвачку и закинул в рот. От корицы ранку защипало, но он продолжил жевать, пока не увидел, что Шай чуть расслабился и опустил руку на колени.
— Прости. Я не заметил…
— Я сам виноват, — отозвался тот с дрожью в голосе и, уставившись в стол, рассеянно вытер ладони о джинсы. — Я проспал и пропустил завтрак. Так о чем ты говорил?
— Ах да. Айзери узнал, что его сосед по комнате одержим им, и я боюсь, что с ним могло что-нибудь произойти. Но уверен, он в порядке, — добавил он, пытаясь убедить самого себя. — Мне бы тоже не захотелось на пары после подобного.
— Пара практически закончилась, — заметил Шай почти нормальным голосом и оглянулся на часы, висевшие над дверью. — Ты все равно не слышал ни слова из того, о чем рассказывал профессор Беккет, с таким же успехом ты можешь уйти сейчас. Если он обратит внимание, я скажу, что тебе стало плохо.
— Спасибо. — Джек посмотрел на профессора-вампира. Беккет был поглощен лекцией, читая свои записи, в то время как его рука с нечеловеческой скоростью и точностью двигалась по доске, почерк у него был аккуратный, просто каллиграфический. Пытаясь не привлекать внимания, Джек собрал вещи и поднялся со стула, игнорируя любопытные взгляды парней, пока выбирался со своего места.
Он был почти у двери, когда профессор Беккет вдруг вышел из режима «лекции»:
— Надеюсь, после выходных вам станет лучше, мистер ЛеМэй.
Джек поморщился и оглянулся — все в аудитории повернулись к двери, чтобы посмотреть на него, но профессор Беккет просто продолжил писать на доске, поскрипывая мелом во внезапной тишине.
— Спасибо, профессор, — сказал Джек, скользнув взглядом к Шаю, который смущенно пожал плечами. Придется запомнить на будущее, что у более старых вампиров слух даже лучше, чем у молодых.
Выйдя из зала, он чуть ли не бегом понесся по коридору и через сквер к общежитию. Запыхавшись, он постучал в комнату Айзери, но ему никто не ответил.
— Айзери, это Джек! — позвал он и нерешительно толкнул дверь.
Комната была пуста, сумка Айзери лежала посреди кровати, все еще полная учебников для утренних занятий. А значит, он не ходил после обеда на пары, то есть так и не вернулся со своей прогулки.
Джек стоял, разглядывая вещи Айзери и жуя губу — в груди колыхалась тревога. Это ему совсем не нравилось. Развернувшись, он вышел из комнаты, направился вниз по коридору и остановился только у кабинета комендантши. Набрав воздуха, он постучал в дверь.
— Войдите. — Тон у дрэка был не слишком радостный, но определенно теплее, чем прежде.
Шагнув внутрь, он закрыл за собой дверь, но когда блестящие сине-золотые глаза, сузившись, уставились на него, тут же пожалел, что сам отрезал себе единственный путь к спасению.
— Рано закончилась пара, мистер ЛеМэй?
— Нет, мэм, — протянул он, застыв перед дверью. — Я беспокоюсь о друге. Его не было на парах, а он не из тех, кто пропускает занятия.
— Возможно,
Джек прошел чуть дальше в комнату, с трудом сдерживаясь, чтобы не сжать кулаки.
— Я не плохо влияю, мэм, — возразил он. — Я говорил Зэйдену, что нам не стоит этого делать, но он не послушал, а я по глупости не остановил его.
— Да, я догадалась, — кивнула она, убрав когти с клавиатуры и сложив руки на стол, ее манера держаться стала куда менее враждебной. — Когда вы последний раз видели своего друга?
— За обедом, — ответил Джек. — Он был расстроен и пошел прогуляться, и, насколько мне известно, так и не вернулся.
— Он был подавлен? Может, обдумывал самоубийство?
— Нет! — Джек покачал головой. — Айзери никогда бы…
— В таком случае я ничего не могу поделать, — отрезала она. — Согласно университетскому уставу, студента нельзя объявлять пропавшим, пока с момента его исчезновения не пройдет двадцать четыре часа, если только исчезновение не сопровождается подозрительными обстоятельствами, вроде возможности суицида, похищения или насилия. Вы видели какие-нибудь следы борьбы?
