— По поводу утреннего инцидента, — он подошел ко мне, и я повернулась к нему, слушая. — Надеюсь, что такого больше не повторится. Мне бы не хотелось расставаться с тобой так быстро.
Я вновь кивнула, на этот раз с трудом. Видимо, посчитав вопрос закрытым, Кейд кивнул в ответ и легко взбежал по лестнице.
Не знаю, ожидала ли я от него каких-нибудь извинений или слов сожаления, но я была так разочарована! Почему его слова так ранят?
Не видя в этом никакой логики, я вернулась к списку своих заданий.
«Это всего лишь работа. Всего лишь твоя работа», — напомнила я себе, только вот легче не становилось.
***
На «Гольфстриме», рассчитанном на двадцать пять человек, утром в пятницу, мы вылетели в Рино. Я никогда прежде не летала на частных самолётах, к тому же, таких роскошных, а потому была сильно впечатлена. Правда, старалась не показывать этого Фостеру — еще подумает, что мне слишком повезло с местом работы и станет еще невыносимей.
Я уже успела заметить, что Кейд — человек настроения. Он мог шутить и смеяться в один момент, а уже через пятнадцать минут кричать и выказывать недовольство. Это приносило свои неудобства, но я подстраивалась. Мне нужна была эта работа, с остальным приходилось мириться.
— Ты помнишь тот момент, когда его жена заходит в комнату…
— Да, да, я так смеялась, — я затрясла головой, и мы с Лео — одним из охранников группы — расхохотались.
— А еще помнишь, когда они втроём сели в ту лодку, и она дала течь посреди озера, и…
Мы с Лео быстро нашли общий язык. Не смотря на то, что это был высоченный и очень широкоплечий парень с грозным видом, на деле он оказался веселым и общительным. Во время перелета мы не давали скучать друг другу, разговаривая наперебой.
Время от времени я поглядывала на Кейда — он развалился в кресле из светлой кожи и, заткнув уши наушниками, казалось, отгородился от всего, что его окружало. Большую часть пути его глаза были закрыты, но я не знала, спал ли он на самом деле. С самого утра Фостер был неразговорчивым.
Когда самолет приземлился в аэропорту Тахо, и мы сошли с трапа, Фостер поравнялся со мной, нацепив свои очки, которые уже стали меня раздражать, и, пригнувшись, сказал:
— К твоему сведенью, Лео женат.
Не сбавляя темп, я покосилась на него как на полоумного.
— И что мне должна дать эта информация?
— Я не приветствую интрижки с женатыми на работе, Лорен. И я знаю Кети, она хорошая девушка, так что если ты имеешь какие-то планы на Лео, брось это.
Возмущенная до предела, я резко затормозила, схватившись пальцами за край его футболки, так что Фостер вынужден был тоже остановиться.
— Не знаю, что там надумал твой извращенный мозг, но мы просто разговаривали. Лео приятный собеседник, ПРИЯТНЫЙ, — четко и раздельно повторила я, — а я люблю общаться с интересными людьми.
Кейд переступил с ноги на ногу, издав длинный вздох, но ничего не произнес.
— Я помню, что я на работе, — язвительно продолжила я, припоминая его слова. — Тебе не обязательно одергивать меня по любому поводу. Если у нас с этим проблемы, тогда, может, мне не стоит оставаться на этой работе?
Я улыбнулась, предоставив ему шанс прямо сейчас сказать мне, что я могу быть свободна, но, если честно, в душе я боялась, что он воспользуется возможностью. Никто ведь не сказал, что, если Фостер сам уволит меня, место в офисе мистера Ричардса автоматически вернется ко мне.
— Господи, Ло, у тебя там ПМС что ли? — фыркнул Кейд и, покачав головой, двинулся дальше. За стеклянной дверью терминала я видела толпу фанаток, встречающую ребят с плакатами, расписанными словами о вечной любви.
— Лорен, — поправила я, стараясь не улыбнуться — Фостер совсем не собирался прощаться со мной. — И шутка твоя отстойная, а еще шовинистическая.
Он обернулся ко мне через плечо и одарил такой задорной улыбкой, от которой мои ноги вмиг стали слабыми.
Чертов Фостер!
***
За три часа до концерта ребята устроили саундчек, а потом всей командой мы перебрались в тайский ресторанчик на ужин, где для нас была заказана отдельная комната.
Я всегда была коммуникабельной, а потому быстро влилась в компанию этих людей, занятых общим делом. Мне нравился ритм жизни Кейда и группы, и (не хотелось это признавать), но я стала дорожить этой работой. Не только из-за того, что она обеспечивала мне финансовую стабильность.
— Тебе понравилась репетиция? — негромко спросил Кейд, закинув руку на спинку диванчика так, что при желании его пальцы могли легко коснуться моего плеча. Я слишком хорошо ощущала близость его тела, и это отвлекало.
Странный парадокс: большую часть времени этот парень жутко раздражал меня, но было что-то в нем, что заставляло меня сжиматься изнутри от его близости. Каждый раз, ловя себя на подобных мыслях, мне хотелось дать себе по лбу.
«Господи, ведешь себя, как похотливая фанатка!»
— Это было неплохо, — кивнув, сдержанно ответила я.
— Неплохо? — Фостер смотрел на меня страшными глазами. — Хочешь сказать, что это было посредственно? Мы, по-твоему, посредственны?
Я огляделась, убедившись, что каждый занят и на нас не обращаю внимания.
— Я этого не говорила.
