В Икебукуро как обычно жизнь била ключом – под небом летел сверкающий холодильник, информатор любил людей всей необъятной душой, банды продолжали свое веселье. Поэтому личность, торгующая странным препаратом, вводивших людей в состоянии высшей экзальтации, идеально вписалась в ритм жизни Икебукуро.
====== Глава 1. «Что такое счастье и с чем его пыхтят» ======
«Хром: кукольное лицо ребенка, гладкое, словно отлитое из стали, и глаза, которым место разве что на дне глубоководной Атлантической впадины, — серые холодные глаза, посаженные будто под страшным давлением.
Поговаривали, что всякому, кто перебегал ей дорогу, она в лучших средневековых традициях готовила смертельный отвар — отведавший его умирал не сразу, а лишь годы и годы спустя. Вообще, о Хром много чего болтали, и во всех этих рассказах приятного было мало». «Сожжение хром» Уильям Гибсон
О «Хром» много чего говорили. Как болтают о детской сказке или городской легенде. И, как любая фантазия, она находит материальное воплощение в сердцах людей – неважно стальных или мягких.
Впервые о яде, что отливался на губах вкусом меда, услышали в таком далеком, но в то же время близком континенте Северной Америке, где унесло сотни жизней «хромированных» подростков. Наркотик, что дарил вспышку счастья в первые дни, но взамен уносил своих носителей, как вирус, в посмертную колыбель спустя несколько месяцев после длительного приема. Никто не знал, откуда пришла «Хром» и из чего она состоит. Но точно знали, что Хром добралась и до страны восходящего солнца.
В свете мерцающих фонарей, возле которых отчаянно погибали мотыльки, вывели очередного самопровозглашенного барыгу из клуба, который нечаянно спалился своим профессионализмом, когда его «дружбанов» допрашивали дяденьки подозрительной наружности.
Бедняга не сразу понял, на кого напоролся, но когда в голове всплыло «Аваксу», барыга сразу как-то вспомнил, что он еще несовершеннолетний и абсолютно не при делах, а «Хром», на которую он думал, что это обычное экстази, ему, естественно, просто подбросили.
И теперь, трясясь и втягивая сопли, паренек нечленораздельно скулил, моля отпустить его домой. Но ужасающая тень, стремительно двигающаяся в его сторону, отнюдь сулила иное.
Пижонская трость стукнула прямиком перед носом, от чего барыга нервно вскрикнул.
— У дядюшки сегодня был тяжелый день, не омрачай и вечер. Поведай лучше, откуда ты с дружками достал эти синие таблеточки, и домой сможешь добраться своими двумя. – Дорогие солнцезащитные очки блеснули в неоновом свете уличных фонарей, а дьявольская улыбка, смахивающая на оскал, лишь вызвала новый приступ мурашек.
— Это не наше! Клянусь! Нам его девка всучила! Я не знал, что это! Это все она!
—Она? Что за время, теперь и девушки барыжат, — печально посетовал Алый Демон Авакусу-кай. – И где же мне найти эту милую леди?
— Я не знаю, она сама выходит на связь, когда посчитает нужным.
— И ты думаешь, я поверю в эту байду?
— Но я говорю правду! Кукла Вуду никогда не оставляет следов!
Акабаяши разочарованно цокнул языком, перебросив трость через плечо.
В последние время в Икибукуро стало модно переводить все стрелки на байку о «Кукле Вуду», что появилась в чате Долларов не так давно, не больше двух недель. Но не было еще ни одного подтверждающего факта о её существовании. Мелкие дебоши, стычки, ограбление – Кукла Вуду. Однако каждый описывал новую «городскую легенду» кто как: то девушка с неописуемой красотой топ-модели, то безликое чудовище с клыками вместо зубов.
Барыга, воспользовавшись секундным замешательством, попытался сбежать, но, только сделав выпад вперед, получил ударом трости о подбородок. Искры полетели из глаз, и, кажется, он рухнул на спину.
— Отвезите его к Казамото, что ли. Может, паренёк просветлеет и расскажет что-нибудь помимо куклы барби.
— Вуду! – оскорбленно поправил паренёк, выплевывая кровь.
Несмотря на позднее время, в Икебукро улицы, где продолжала кипеть жизнь, горели все различными неоновыми вывесками. И лишь в небольшой парковой зоне можно было услышать шум ветра. Акабаяши довольно оскалился, когда, оказавшись вдоль мостовой, он услышал мягкую кошачью поступь, следовавшую за ним уже какое-то время. И он, подобно охотнику, лишь ждал удобного момента, чтобы вытащить зверя из капкана. Колебание в воздухе за спиной заставило мужчину резко обернуться, готовясь перехватить удар, но, увы, сквозь пальцы прошел лишь прохладный ветер.
— Что?
Он был уверен, что его только что преследовали. Некто в наглую шествовал за его спиной. Но позади оставался лишь ночной город. Звук мигающего фонаря аккомпанировал появившемуся цоканью каблуков. По парапету моста, бездарно балансируя на грани падения, на острых шпильках ступала тень, такая же до смеха таинственная, как сам Икебукоро. Тень то отдалялась, то вновь приближалась, идя задом наперед в сторону Акабаяши. Хлопок в вытянутые ладони, и тень развернулась на одной ноге, вновь цокнув каблуками.
