Люди будущего, скованные невидимой сетью. Они пялятся в свои жидкокристаллические мониторы. Они ненавидят страну, в которой родились и называют её «Рашка». Им безразлична жизнь. Своя и чужая. Их потухшие глаза смотрят в будущее, которого нет.
– Всё нормально. Сейчас такое время. Типа, как его?.. Мультимедийный век.
Кристина успокаивала его как могла.
– Посмотри в окно, жизнь там, а не в сети.
Глупындра целовала новые морщины на его лице, омрачённом заботами. Но это не помогало. Вселентий снова просыпался по ночам от кошмаров. А потом растерянно наблюдал, как его любимая курит, беззаботно лёжа в кровати. Поджигает сигареты спичками, привезёнными из разных уголков земли. Ровный тёплый огонёк светил спокойно и умиротворённо. Утопия в спичечном коробке согревала сердце. Вселентий чувствовал себя будто под взглядом Будды, который безмолвно сообщал, что пока горит огонь слепой веры в чудо, у людей ещё осталась надежда на земле…
И противный сквозняк на душе ненадолго унимался. Глупындра снова беззаботно засыпала. Время нещадно летело вперёд, как выпущенная в сердце пуля. Тихонько выскользнув из кровати, Вселентий пил на кухне вчерашний чай, закусывая его остатками переживаний. А потом снова музицировал на нервах неба, расстроенного дождями. Пока за окном не гасли тусклые звёзды уличных фонарей.
Вслед за днём наступал вечер. И всё было как прежде. Луна удивлённо втекала в окно, как желток из разбитой скорлупы на сковородку. Но сегодня странный сосед сверху, вопреки обыкновению, играл другую мелодию на струнах неба. Он играл гимн нашей всеми забытой, но такой родной страны…
– Что это ты вдруг? – удивилась Глупындра.
Перестав строить из себя Моцарта, Вселентий ответил как обычный парень:
– Знаешь, ноктюрн на струнах водосточных труб звучит так дебильно! А Гимн России, как ни крути, слышится так, что за душу берёт.
Глупындра удивлённо приподняла брови и вдруг от всей души призналась:
– А ведь ты прав…
С тех пор он играл именно это. И каждый раз у него получалось всё лучше… И расстроенное небо внимало ему, задержав дыхание. И казалось, что не только небу. А всем вокруг становится легче. Даже вечно спешащая куда-то тётя Время улыбается и замедляет движенье. И в измученном мире наступает порядок и покой.
А потом Вселентий взлетал выше запылённых крыш. Он отправлялся в путь и мчался через весь город к сердцу столицы. Там, удобно устроившись на высоте, где ночевали птицы, он протирал запылённые звёзды рукавом любимой поношенной рубашки. И они ещё ярче сияли на макушках кремлёвских башен. Как нарядные леденцы из жжёного сахара, которые все мы так любили в детстве.
СПЕШИТЕ ДЕЛАТЬ ДОБРО! И тогда ВЫ ПОЙМЁТЕ, ЧТО ГЛАВНЫЕ ВЕЩИ НА СВЕТЕ – ЭТО СОВСЕМ И НЕ ВЕЩИ! Жизнь слишком коротка, а смерть никогда не опаздывает. Ты можешь прожить жизнь так, как ты хочешь; или же как получится. В любом случае второго шанса у тебя не будет. Решать тебе. И никакая внешность не поможет, если внутри нет ничего, кроме дерьма. А там должна быть Вселенная. Вселенная внутри… Можно называть это разными смешными словами. Но что-то подсказывает, что именно так выглядит человеческая Душа.
Так говорил Заратустра. Так говорил Будда. Так завещали боги, создавшие нас…
Так говорил и Вселентий. Но люди бросали в его лицо оскорбленья, как камни. А он принимал их проклятья с улыбкой. И его сердце тикало всё сильней, в надежде спасти этот мир. Он брал на себя его невзгоды. А его разбитые губы шептали:
– Плевок в меня – это исход вашего безумия. Моя душа неприкосновенна. Моему телу абсолютно всё равно. Рано или поздно оно превратится в пыль…
– Ненормальный! – орали люди.
– Я – давно сошедший с ума Мастер. Чайльд Гарольд, так и не нашедший своей дороги. Никому не нужный герой ненаписанной книги… – огорчался отверженный странник.
– Ты мой выросший маленький принц! – говорила Глупындра. – Я хочу быть для тебя королевой, но никогда не осознавать себя таковой…
У Глупындры были два любимых существа: Кисоид и Кисовня. Люди утверждали, что это кот и кошка. Но Глупындра абсолютно точно знала, что это непременно Кисоид и Кисовня, у которых должны родиться Кисень и Кисуниум. Или две маленькие Кисятинки. Которые, когда вырастут, тоже превратятся в любимого Кисоида и обожаемую Кисовню. У каждого должен быть кто-то, к кому ты относишься особенно.
А как иначе?!
Например, у Маленького принца был сказочный лис и волшебная роза, которыми он дорожил больше всего. А у играющего на нервах неба были только проблемы с сердцем. Всё потому, что оно было одно и на всех. И как-то раз Глупындра спросила:
– Скажи-ка, милый. А у тебя есть самое любимое на свете существо?
Вселентий улыбнулся, а в его глазах отразился открытый космос.
– Конечно!
– А кто это?
– Его зовут Вумный Грач.
– Кто-кто?
Глупындра согнулась пополам от смеха.
– Вумный Грач, – повторил Вселентий.
– Может, всё-таки УМНЫЙ?
Он вежливо поправил её:
– Вумный, именно Вумный! Ведь это существо уверено, будто знает больше всех на свете.
– А ну покажи мне этого грача!
Танцующий в темноте подвёл девушку к зеркалу:
