Алина Степанова – известный московский риэлтор, блогер и просто неравнодушный человек с активной жизненной позицией. Ее девиз: «Родилась. Родила. Родила. Родила. Риэлтор. Райтер. Работаю. Расследую. Рисую. Радуюсь. Ругаюсь. Ржу».В реальной жизни Алина постоянно оказывается невольно втянутой в какие-то детективные авантюры, то и дело принимая в их расследовании самое непосредственное участие, о чем регулярно пишут и снимают сюжеты СМИ. Но на этот раз перед вами не жуткая история из мира недвижимости, а художественное произведение – тревел-детектив.Сюжет хитро закручен вокруг странного исчезновения мальчика из знаменитой купальни в центре венгерской столицы. Несмотря на то, что действие происходит в Будапеште, в романе фигурирует немалое количество наших соотечественников.Куда пропал ребенок? Кто ест морковный суп три раза в день? Зачем рожать детей, если ты собираешься отравиться? На эти и другие вопросы предстоит ответить ставшей детективом поневоле главной героине – смелой, ироничной, порой эпатажной, а порой и сентиментальной женщине в самом расцвете лет.Внимание! Герои книги толком не знают английского языка, но вынуждены общаться на нем как на языке международном. Ответственности за их ошибки и произношение автор не несет!
Рисунок на обложке: Екатерина Горожанова
Сидеть мокрой курицей, в слишком коротком для русского шестьдесят второго размера полосатом фривольном халатике, с размазанными по лицу остатками косметики, на виду у целой толпы цивильно одетых подтянутых мужчин, прямо скажем – не очень комфортно.
Не то чтобы я собиралась соблазнить кого-то из них видом моих не очень молодых широкоформатных телес – отнюдь. Халатик был мною накинут с весьма прозаическими целями – не околеть от холода в мокром купальнике.
Происшествие в венгерских купальнях застигло меня именно в таком виде.
Если бы меня сейчас спросили – я бы конечно предпочла переодеться и как можно скорее привести себя в порядок, но тут уже не вопрос моего выбора. Кто бы меня здесь спрашивал, чего я хочу, а чего нет?
Хотя я и очень плохо знаю английский, мне вполне понятно из криков по громкоговорителю, что я не должна покидать эту комнату. Категорически не покидать. Ну, в смысле не только я не должна, но и все остальные присутствующие.
Эмоций в этом моменте у меня нет вообще никаких. Силюсь понять: а что это было-то? Собственно, я лично здесь лицо случайное, но тем не менее, произошедшее более чем волнительно.
Как заставить полицейского подпрыгнуть? Заорать от неожиданности. Мимо моих ног в резиновых сланцах прошагала девушка в форме, ведя на поводке здоровенную собачищу неопределенной породы.
Я кошатница – ничего в собаках не понимаю. Люблю их только щенками, а потом исключительно издалека. Ранее я относилась к песьему народу душевнее, но как-то зимним днем меня атаковала стая бездомных собак, самая настойчивая из которых прокусила мне штанину. Спасибо водительнице трамвая – затормозила и дала возможность спастись, запрыгнув в вагон. С тех пор я охладела даже к очаровательным ньюфаундлендам, о которых до этого грезила.
В общем, в тот момент, когда полицейская шла мимо, пес неожиданно решил что-то понюхать именно под моим сиденьем и ткнулся холодным носом мне в ногу.
Крик мой долго звенел в ушах бедной сотрудницы. Долго пришлось извиняться и объяснять на ломаном английском:
– Я больших собак боюсь как огня, когда-то была тяпнута за ногу мимо пробегающей статей бездомных собачьих граждан. Вы меня конечно извините, что напугала вас, но что это за привычки у вашей собачки такие дурацкие? Жрать без спроса иностранных граждан, прямо в общественных местах? Нешто это можно?
Сотрудница полиции, оправившись от испуга, жестами приказала мне отойти с насиженного места и не сметь мешать животному работать.
Пришлось повиноваться и встать. Но это к лучшему, так можно было увидеть гораздо больше: в небольшой проход между кабинок купальни набилось человек десять в форме национальной полиции.
Они, увы, разговаривали на венгерском, и понять их у меня не было ни единого шанса. Язык мадьяров на деле еще хуже гнусавого датского. В Копенгагене хотя бы слышно, как бормочут незнакомые слова, а тут даже этого не разобрать – какое-то монотонное гудение.
Мне же, как человеку интернет-зависимому, пришлось жалеть только об одном: телефон садится, а подойти к рюкзаку невозможно, все вокруг оцеплено полицией.
Я было попыталась уйти обратно купаться, но путь мне преградил высокий худощавый мужчина с рацией и велел убираться обратно. В смысле не в Россию, а всего лишь в помещение. За моей спиной в этот момент что-то страшно загудело.
Показалось ли мне или воды в бассейне и вправду стало несколько меньше? Нет. Не показалось. Видимо, полиция включила насос в страшной надежде найти на дне свою пропажу.
Уверена – скоро это закончится и окажется не преступлением, а ошибкой, совпадением, нелепой случайностью. Но на деле – приготовимся ждать столько, сколько потребуется властям для того, чтобы тщательно все здесь осмотреть.
Я – свидетель. Свидетель чего – пока даже мне самой непонятно.
Но давайте же обо всем по порядку.
Серо и безрадостно в мокром февральском Будапеште. Когда тебе представляется шикарная возможность целый месяц, или даже больше, пожить бесплатно в самом центре Европы, ты надеешься, что это необычайно развлечет тебя и даже приободрит.
Соглашаясь на дружеское предложение Татьяны и только лишь для вида поломавшись, я всерьез думала, что мне наконец повезло. Что жизнь, обычно не балующая меня дотациями, послала просто сказочный подарок: провести сколько-то там недель в любимой Европе на полном пансионе, плюс оплаченные авиабилеты, хотя и увы, в обе стороны.
Такое роскошное предложение мне даже присниться не могло. Путешествия – моя самая большая страсть. Уже через три-четыре недели в Москве я начинаю тосковать по самолетам, ручке небольшого чемоданчика, секонд-хендам на старинных улицах, изящным кофейням и своему смешному английскому. «Хэлп ми плиз!» – несется вслед любому прохожему, продавцу или официанту. Такого уровня мне вполне хватает для общения со всем миром.
Конечно, я обрадовалась предложению!
