Уже в советские времена экраны телевизоров заполняли в основном кто? Да зиновии гердты, менакеры-мироновы, еврейские юмористы и актеры, певцы, снова актеры… Вот так для нашего наивного народа они и стали величайшими кумирами. А поскольку они были в основном одной национальности — еврейской, то у всех в мозги врезалось: они — самые умные, самые талантливые, самые-самые. Эти самые-самые и сейчас хорошо устроились при власти, ползая у ее подножия, хватая милостиво бросаемые банкирами подачки и славя демократию. А те, кого прятали в секретности чинуши КПСС еще в те времена, все наши величайшие гении и храбрые воины, теперь уходят в полное небытие, в нищету и в могилы!
Самое большое преступление старого советского режима — в пренебрежении этими людьми, в тихом убийстве национальных героев. В уничтожении как таковой ценности воинской славы. Ведь истинный аристократ — это не торговец и не чиновник, а прежде всего воин. Тот, кто ради Империи рискует своей жизнью, кто презирает смерть и животные радости обывательского стада.
Лучшие люди — отнюдь не те, у кого больше денег. Лучшие — это те, кто рискует жизнью во имя своей страны, во имя своего народа. Нет людей выше, нежели те, кто прошел проверку боем. Хрущевско-брежневская власть утопила их в безвестности.
Где-то весной 1996-го по телевизору крутили очередной «шедевр» очередного векслера — документальный фильм «Бродвей нашей юности». О разных там евтушенко, галиче, окуджаве, вознесенском. О каких-то особях с грузинскими и иными нерусскими лицами. О той самой братии, которая валом повалила в демократию и политику в конце 80-х — начале 90-х годов. Которая, под вопли об «общечеловеческих ценностях» и о «слезинке ребенка» вызвала крушение великой Империи и танцевала на ее обломках, оплевывая все русское.
В фильме «Бродвей нашей юности» они вспоминали о походах в рестораны и о покупке импортных пластинок, о стильных пиджаках, галстуках и брюках «дудочкой». И все! И больше — ничего. Вопиющее убожество, пустота. «Бродвеисты», они молились на тряпки и Запад, злобно шипели на фронтовиков и считали себя некими «высшими людьми».
Те, кто Геростратами подорвал устои нашей тысячелетней державы, были племенем тепличных, изнеженных ничтожеств, чей мир замыкался в гадюшнике Арбата, улицы Горького, ресторанов «Прага» и «Националь». Косный хрущевско-брежневский режим сам вскормил этих тварей, которые в те годы на свою студенческую стипендию могли закатиться погулять в рестораны, где ныне обед обойдется в 200-300 долларов.
Именно при Хрущеве и Брежневе Евтушенко и Вознесенский читали свои вирши на стадионах, становились кумирами молодежи, лелеяли своих духовных отцов — пастернаков, мандельштамов и цветаевых.
Мы сами вырастили их — недочеловеков с двойными душами. Вроде Окуджавы, который в молодости клялся в любви к «комиссарам в пыльных шлемах», а тридцать лет спустя истерично требовал расправы над защитниками Дома Советов в 1993-м. Один из журналистов метко назвал «шестидесятников» страдающими поносом через рот.
Как говорится, не в бровь, а в глаз. Бескрылые, они предали и продали все. За гранты западных фондов. За букеровские премии. За доступ к микрофону на телевидении — чтоб и далее загаживать нам мозги.
Но к середине 80-х по русской земле ходило племя новых людей. Подчас коротко стриженых, в камуфляжной форме, с задубелой от ветра и солнца кожей. А иногда — и в строгих костюмах. То были истинные создатели и хранители имперской мощи.
Меч и Молот — вот единственные опоры всякого великого народа. Не дилеры, не брокеры и не банкиры. В благодушные брежневские годы мы почти ничего не знали о целой армии людей, благодаря которым жили мирно и спокойно.
Кто-то строил реакторы и водил истребители. Кто-то обезвреживал старые немецкие авиабомбы и мины. А кто-то создавал уникальную космическую технику или гонялся за душманскими караванами. И если мое поколение выросло сильным и здоровым, то только благодаря им — воинам и инженерам, ученым и рабочим.
Люди Меча и Молота, они были потенциальной, новой аристократией державы. Любителям порассуждать о тупости и лени русских стоило хотя бы минуту побыть на их месте. Да разве можно сравнить «работу» какого-нибудь банкира-гусинского или кавказского мафиози — «хозяина» московского рынка с трудом пилота МиГ-29? Или хотя бы с одной минутой ракетчика, который в 1973-м вступал в бой с ревущими израильскими «Фантомами», изрыгающими смерть? А создать новый реактор в сто крат тяжелее, нежели крутить бюджетные деньги.
Режим уничтожал этих людей изощренно и умело. Забвением и безвестностью. Мизерными зарплатами и пенсиями. Потом — сожрав их сбережения, устранив поле их деятельности, остатки престижа их работы.