Мы не могли повторить судьбу Петербургской империи, в которой голодные, погибающие под градом немецких снарядов фронтовики с ненавистью узнавали о ресторанных кутежах и разврате купчиков, которые бессовестно наживались на армейских поставках. О Распутине, о немецких шпионах в окружении императрицы, о вызывающей роскоши в домах высокопоставленных взяточников. Сталин создал систему, где всего этого просто не было, и где все ресурсы страны мобилизовали во имя Победы. В царской России произвели две тысячи аэропланов против пятнадцати тысяч германских. В сталинской державе мы в полтора раза превзошли немцев по выпуску самолетов. Конечно, без сталинских лагерей и коллективизации, без чисток и репрессий, без изнурительной индустриализации и кровавого пота первых пятилеток жизнь была б милей и сытней. Со степенными крестьянами, изобильными ярмарками, с хлебосольными трактирами и дешевой колбасой тридцати шести сортов. Была бы — до прихода немецких завоевателей на танках и колонизаторов с бичами да автоматами. Ведь Гитлер уже в 1923 году написал «Майн Кампф», где объявил нас недочеловеками и указал цель будущей войны — захват русских пространств и очистку их от нас.
Помните об этом, читатель. И не слушайте лукавых да лживых бесов. Монстр, убитый нами, был беременен куда более страшным чудовищем.
Наконец, Германия грозила завоевать моря своим первоклассным подводным флотом. Их субмарины строил поточным методом «автомобильный король» Фердинанд Порше — целых 1113 вымпелов. (Для сравнения: самым большим подводным флотом к началу войны обладали мы — более двух сотен подлодок). Германские «У-боты», мощные и удобные, послужили прообразами наших послевоенных лодок. Немцы к 1944 году научились действовать в районе от Антарктики до полярных северных льдов. Они ходили под водой на дизелях — с помощью шлангов-шнорхелей, многократно повышая радиус действия…
30 июня 1944-го два русских катера-охотника вступили в бой с немецкой субмариной У-250 у бухты Койвисто, что на Балтике. «МО-105» был торпедирован сразу, но «МО-103» через несколько часов накрыл врага глубинными бомбами. Оставшийся в живых рулевой с «МО-105» Иван Мартемьянов сообщил: мы не видели следа торпед! После потопления «немца» на поверхность выбросило нескольких живых подводников. Один из них, командир У-250 Вернер Шмидт, признался: его субмарина вооружена электрическими торпедами Т-5 «Крапивник», которые не оставляют пузырчатого следа и идут на шум винтов корабля-жертвы. Сверхсекретное оружие Гитлера!
Мы тогда сумели поднять со дна потопленную лодку, хотя немцы ожесточенно бомбили и обстреливали район ее гибели. Мы разгадали секрет ее страшных торпед. Подводный флот Третьего Рейха к концу войны достиг вершины технического совершенства. Помимо акустических и магнитных торпед, немцы завели лучшие в мире лодки 21-й серии, планируя построить в 1945 году 230 таких кораблей. Обтекаемые, они обладали подводным ходом в 17,5 узлов — вдвое большим, нежели лодки стран антигитлеровской коалиции. Под дизелями, шнорхелем и электромоторами сии лодки могли проходить 10 тысяч миль. И этот рекорд побьют лишь атомные субмарины. А самый лучший результат тех времен дал командир У-977 Хайнц Шеффер — 66 дней плавания без выхода на поверхность.
Немцы оборудовали свои лодки складными наблюдательными автожирами — подобиями мини-вертолетов. Чтобы с их помощью обнаруживать корабли и самолеты противников задолго до того, как они сами будут обнаружены. Они испытывали лодки с «крайслауф-двигателями» — установками, которые обеспечивали работу дизелей под водой и позволяли развивать скорость в 20-25 узлов против 7-8 у обычных субмарин союзников.
Всю силу, зловещесть и нечеловеческую организованность Рейха демонстрирует всего один случай. В 1955 году в одну из наших оккупационных комендатур в Германии пришел немец и сообщил, что где-то у острова Рюген на Балтике затоплены лодки, в любой момент готовые к всплытию. Ему поверили и почти год искали этот чудовищный подводный тайник. И нашли его, начав подъемные работы силами 447-го дивизиона аварийно-спасательной службы Балтфлота.
«Все субмарины внутри отсеков были совершенно сухими. Только внутрь одной лодки через внешние выдвижные устройства проникла вода, герметичность прочного корпуса нарушилась… В остальных же все находилось в идеальном состоянии, даже съестные припасы оказались годными к употреблению,» — писал в «Российской газете» Сергей Птичкин (5.02.96 г.). И все эти лодки несли свастику на рубках, оказавшись последними гитлеровскими кораблями 26-й серии. Всех их зимой 1945 года тайно подготовили к консервации и положили на грунт под 45-метровой толщей воды. Аккуратно замаскировав сверху водорослями.
