Вернулась на кухню, потому что забыла выключить там свет. Потом просто пошла в спальню, откинула одеяло и плашмя упала на постель. Ну и что, что не любит спать на животе. Может и заснёт всё таки.
Минут через пять она услышала звук входящего сообщения. Но телефон остался на кухне, и идти за ним не было ни сил, ни желания. Лола злорадно улыбнулась. Что это Гордей зачастил с сообщениями? Стыдно стало?
А потом ей вдруг стало обидно. За то, что он так поступил с ней. За то, что оставил перевозбужденную, уехав. За то, что вообще решил играть в какие-то дурацкие игры. Почему с ней? Что она ему плохого сделала? Ведь она просто полюбила мужчину, ничего не требуя взамен. А ему этого оказалось мало! Ему нужно было еще и поиздеваться над ней.
Из глаз Лолы потекли слёзы. Слезы жалости. К себе, глупой. К своей безответной любви. К непонятной роли, которую Гордей ей придумал.
Лола, конечно, не понимала, что слезы были выплеском долго сдерживаемого желания. Но остановить их не было никакой возможности. Она рыдала уже взахлёб. Даже на время притупилось ощущение от игрушки.
А потом она услышала звуки вызова на мобильный. Один звонок, после нескольких секунд паузы - второй, потом сразу третий. Она знала, что единственным человеком, который может названивать ей сегодня в четыре часа утра, был только Гордей. Но именно с ним она хотела сейчас разговаривать меньше всего.
Всё же, пересилив себя, поплелась на кухню.
Телефон уже перестал звонить. Тогда она открыла сообщения. В первом значилось: "Лола ответь! Всё хорошо?", во втором: Лола, черт подери! Не глупи, ответь!", в третьем - "Куколка, ответь пожалуйста. Я уже не знаю, что мне думать".
Пока она читала предыдущие, пришло новое сообщение: " Если ты сейчас не ответишь, я приеду к тебе, опоздав на самолёт. Как думаешь, я буду в восторге?"
И снова Гордей подавлял, запугивал. От этого слёзы, чуть было остановившиеся после третьего сообщения, полились с новой силой. Да гори оно всё огнём! Сейчас Лола пойдёт, вытащит злоплучную пробку и...
Долумать мысль она не успела. Телефон зазвонил снова. Лола всё таки приняла вызов, но решила молчать. Она сильная, ни за что не унизится до выяснений и обвинений! И слабость свою не покажет!
- Куколка? - вопросительно проговорил в трубке мужской голос. - Ты меня слышишь?
Лола слышала его прекрасно, но отвечать не собиралась. Лишь тихонько, чтобы Гордей не слышал, всхлипывала. Но он, конечно, услышал!
- Ты плачешь, - это был не вопрос. - Почему ты не отвечала мне?
Лола продолжала молчать, не ожидая ничего хорошего от продолжения разговора.
- Дай угадаю. Ты сейчас обижена, что я оставил тебя с игрушкой, а сам уехал. Так?
И, не требуя подтверждения, тут же продолжил:
- А ты возбудилась, но у тебя табу на оргазмы, и тебе стало себя еще жальче. Правильно? Поэтому ты разозлилась, обиделась еще больше, принялась себя жалеть, вместо того, чтобы ответить мне, как я просил. Опять угадал?
Лола молчала. Да, всё, что сказал мужчина, полностью соответствовало истине.
- А вот если бы ты мне ответила, то тебя бы пожалел я. И давно бы разрешил игрушку вынуть, - назидательно произнес. - Поэтому теперь ты в наказание пробудешь с ней еще час. А потом вынешь, смажешь попочку мазью из синего тюбика и пойдёшь на работу. И перестань обижаться! Тебе это не идёт...
Слёзы опять потекли по щекам. Как Лола не старалась их сдержать, так и не смогла. Гордей, видимо, услышав участившееся шморганье, почти ласково сказал:
- Куколка? Мне уже нужно идти на посадку. Дождись меня, хорошо? - и добавил с нежностью в голосе, - Пожалуйста!
И отключился.
Это был какой-то вынос мозга! То он пристаёт со своими дурацкими играми, возбуждает, но не удовлетворяет. То он властный, жесткий, наказывает. То чувственный, нежный. Просит!
От переизбытка эмоций Лоле хотелось накрыться одеялом с головой и завыть в голос. Выть она не стала, но легла под одеяло и попыталась расслабиться. После разговора с Гордеем, точнее его монолога, возбуждение было уже не таким острым. Проворочавшись в постели еще час, Лола встала, достала, наконец, злополучную пробку, хотела выкинуть, но потом всё же помыла и положила обратно в коробку, оставленную в крохотном входном коридорчике не тумбочке.
Когда Гордей успел всунуть ей её в руки?
Лола хотела было более внимательно рассмотреть, что же он туда вложил, но, достав мазь в синем тюбике, решительно закрыла крышку.
Она не будет больше играть в эти игры!
Наверное...
Как выдержать целый день?" - спрашивала себя Лола, стараясь двигаться как можно меньше. Но в силу её работы это было практически невозможно. А сегодня Гордей придумал ей новое мучение. Шарики. От одного этого слова её уже почти трясло. А от ощущения того как они ударяются внутри, иногда на миг темнело в глазах.
Вчера Гордей прислал сообщение, чтобы она отдохнула и выспалась. И это было жизненно необходимо, бессонная ночь давала себя знать, и к вечеру девушка просто валилась с ног.
