Саммер была моим наркотиком. Кровью, бегущей по моим венам. Моей светловолосой Венерой, пробуждающей во мне нечто давно забытое и потерянное. Очаровавшей меня Сиреной, взывавшей к чему-то глубоко сокрытому во мне. Ее голос манил и увлекал меня. И я мог разбиться о прибрежные скалы. Но уже не в силах был остановиться.
Я не мог избавиться от запаха секса на моей коже, от вкуса ее губ. Я и не хотел. Если бы я умирал, то, отправляясь в ад, вспоминал бы румянец, вспыхнувший на щеках Саммер, когда она сделала шаг мне навстречу.
Оно того стоило.
После шести лет воздержания хотелось затрахать ее до смерти, но мы оба были истощены и заснули. Через несколько часов я проснулся и обнаружил, что Саммер, прижавшись ко мне, закинула свою сексуальную ножку на мое бедро, словно заявляя права. Она проснулась, едва я пошевелился, что-то пробормотала спросонок и перекатилась на спину. И я снова овладел ею. Похоронил себя в ее горячей киске.
В этот раз я старался двигаться медленно. Удерживая ее руки за запястья над головой, я неспешно и ритмично вколачивался в нее. Саммер обхватывала ногами мой торс, а я с нарастающей силой вдавливался бедрами в матрас. Она издавала сонные полукрики-полустоны, сводившие меня с ума, а затем резко выгнулась подо мной. И я кончил так сильно, что почувствовал боль в яйцах. Затем мы снова заснули.
Я проснулся утром. Саммер еще спала, и я принял долгий горячий душ. Мне нужно было взять себя в руки. Я настолько самоуверенно начал прошлой ночью, что, казалось, к последствиям нашей близости был готов как никогда. Теперь же абсолютно не понимал, кто я такой, черт возьми. Я не мог позволить себе раствориться в ней — от меня и так уже почти ничего не осталось.
Вытираясь полотенцем, я вышел из ванной. Натянул джинсы и повернулся к Саммер, сидевшей на кровати. На ней были лишь короткая футболка и ажурные трусики. Она, немного нервничая, провела рукой по своим взъерошенным волосам и посмотрела на меня долгим изучающим взглядом. Я полагал, что прошлой ночью она исследовала меня в мельчайших подробностях, но, видимо, ошибался.
– Я голодна, – наконец, негромко сказала она. – Хочешь позавтракать? В нескольких кварталах отсюда есть отличное местечко.
– Пойдем, – не стал сопротивляться я.
– Сначала приму душ, – Саммер встала с кровати. – Ты будешь здесь, когда я вернусь?
Я сразу понял, что она имела в виду. Саммер хотела знать, не исчезну ли я, как шесть лет назад.
– Конечно, – заверил я.
Местом для совместного завтрака оказалась закусочная с виниловыми сиденьями в кабинках и соблазнительным запахом бекона и кофе. На улице уже было жарко, и Саммер надела легкую юбку, белую футболку и вышитые бисером сандалии. Со светлыми волосами, которые от жары скрутились легкими кудряшками, и неброским макияжем она выглядела очень аппетитно. Слишком прилично, чтобы завтракать с таким непутевым парнем, как я – татуированным куском мышечной массы в рабочих джинсах и пропахшей потом футболке.
Мы сделали заказ, не нарушая той легкой и непринужденной тишины, которой оба негласно придерживались. А когда нам принесли кофе, то дождались бодрящего действия первых глотков.
Я старался не пялиться на губы Саммер. Всеми силами пытался выкинуть из головы ее шепот: «Твой член – лучшее, что я когда-либо пробовала, Брэм». Я получил все, чего хотел… даже больше. О такой жаркой ночи я не смел и мечтать. Не было никаких гарантий, что последует продолжение. Чем раньше я свыкнусь с этой мыслью, тем лучше для меня. Саммер могла решить, что удовольствие со мной запретно, и захотеть двигаться дальше.
– Слушай, – начал я, когда официантка принесла наш заказ, и мы приступили к еде. – Тут такое дело, хотел спросить… В мастерской кое-что произошло…
Саммер выгнула брови, и на ее лице отразилось недоумение.
– Что именно?
Я достаточно подробно рассказал ей о сейфе, о пропавших деньгах и о том, что Нейт все это время помалкивал. Пропажа из сейфа наличных произошла еще два раза с тех пор, как я впервые столкнулся с этим.
– Возможно, я что-то упустил, – закончил я. – Отец хоть что-нибудь говорил тебе?
Саммер нахмурилась.
– Нет. Но я знаю все о папиных бухгалтерских книгах. Я помогала ему с ними каждый год – все проверяла и общалась с бухгалтером. Папа совсем не разбирается в цифрах.
– А по-моему, он довольно успешно занимался бизнесом большую часть твоей жизни, – заметил я.
– Да, но когда я бросила колледж и приехала сюда, то оказалось, что все держалось буквально на честном слове. В первый год, когда он разрешил мне взглянуть на книги, в них царил полнейший беспорядок. Бухгалтер ни за что не отвечал и работал спустя рукава. Папа переплачивал поставщикам и платил слишком большие проценты и налоги.
Я ошеломленно моргнул. Всегда считал Саммер умной, но вести бизнес?! Я до сих пор не мог оформить кредитную карту и ни хрена не понимал в налогах.
– Ты бросила колледж? – потрясенно спросил я, не зная, что удивило меня больше.
Саммер проткнула драник вилкой.
