При звуке знакомого голоса мои глаза резко открываются. Мой нападавший выпускает мои волосы, и я падаю назад, пока моя рука не находит слабые перила. Когда я поднимаю свою майку, чтобы вытереть себе лицо, то вижу, как мощный кулак Джая встречается с челюстью нападавшего. Если бы это был мультик, то паук был бы вынужден слететь с его кожи. Я отхожу назад, когда ничтожество падает на пол, хватаясь за челюсть, и громко стонет. Джай перешагивает через него и идет ко мне. Я сжимаюсь от размера и агрессии его шагов. Он сгибает свою руку, сжимает пальцы в кулак, затем расслабляет ее еще раз.
— Что ты делаешь? — требует он, его челюсть сжимается.
Я тру свое лицо борцовкой.
— Я искала тебя.
— Тебе не следует разгуливать здесь без меня. Ты можешь пострадать.
Я опускаю борцовку и хмурюсь. Я вижу многих женщин, которые ходят здесь, некоторые даже не носят одежду. Если хочу гулять, то я должна иметь на это право. Мне не надо, чтобы меня нянчил Джай. Я взрослая женщина.
— Ты можешь называть меня Котенком, но это не я. Я могу сама о себе позаботиться.
Он сдвигает брови, и его рот превращается в улыбку полную издевательства. Я ненавижу его. Я ненавижу, когда ко мне относятся, как к ребенку.
— Ладно, мисс Львица, скажи мне, что ты собиралась делать с этой ситуацией?
Я скрещиваю руки на груди.
— Если бы ты дал мне немного больше времени, я бы сделала что-нибудь.
Он качает головой.
— Когда ты находишься в такой ситуации, у тебя нет времени. Фокус в том, чтобы избежать ситуации, прежде чем она случится. Он завладел тобой при помощи твоих же волос. Тебе было бы так же хорошо, как и ему сейчас, если бы не я.
Так же хорошо, как и ему? Он подразумевает, что я не смогла бы от него отбиться? Может я и небольшая женщина, но я, блядь, сильная. Я лучше умру, чем позволю кому-то сделать то, чего не хочу.
— Ты мудак! — рычит мужик, поднявшись на ноги.
Джай и я наблюдаем за ним, а также за тем, как кровь сочится из его рта вниз по подбородку.
— Твое гребаное извинение…
Я делаю рывок вперед и поднимаю колено. В то время когда его внимание на Джае, я вскидываю ногу вперед со всей силы и идеально соприкасаюсь прямо с детородным органом. Он кричит мне в лицо и сжимает мое плечо. Его дыхание пахнет гадостью, как медь и ржавчина, и он сжимает колени вместе. Я вырываюсь из его хватки, и он падает на пол. Я не знаю, вернется ли удар и будет ли он преследовать меня, но сейчас мне приятно было это сделать. Мой сердечный ритм повышен до опасного уровня, угрожая лопнуть в моей груди. Я оглядываюсь на Джая, и он улыбается мне. Это обнадеживает.
Я улыбаюсь ему в ответ.
— Скажи это.
Он склоняет голову.
— Сказать что?
— Ты впечатлен. Признай это.
Джай улыбается, такой широкой улыбкой, которую я не видела прежде. Она освещает черты его лица и показывает идеально белые зубы.
— Хочешь, я куплю тебе выпить вместо этого?
Я поднимаю брови, заинтересовавшись.
— Где и когда я смогу ее получить?
Он кивает головой в сторону тоннеля за его спиной, в противоположном направлении от нашего укромного уголка. Я не рискнула идти дальше в этот тоннель, но если есть место, где можно «купить» напитки, я согласна.
Мы проходим мимо многих бойцов. Кто-то пьяный. Некоторые трезвые. Все страшные. По большей части я держу голову опущенной и держусь поближе к Джаю. Мы идем примерно километр вниз по одному тоннелю, и выходим на еще одно открытое пространство. Кто бы ни проектировал эту подземную систему, он был умен. Каждый километр или около того, есть большие открытые тоннели в полу, что позволяет лишней воде из предыдущего тоннеля не застаиваться, а стекать вниз. Будучи так близко к реке, так как это промышленный район, я предполагаю, что они также приняли во внимание любые возможные наводнения из-за разлива реки, не позволив произойти затоплению нижних районов.
Что меня поражает больше всего в этом конкретном пространстве — это голые люди. Мужчины. Женщины. Все. Голые, как в день, когда родились. Я замечаю, что запах здесь отличается от других тоннелей. Различные фруктовые ароматы граната, персика, ананаса и яблока, а также и мужские, наполняют мои ноздри. Мое внимание останавливается на непрерывном потоке чистой воды, которая просачивается из небольшой трубы выше. Она выплевывает воду, позволяя, по меньшей мере, двенадцати людям внизу постирать одежду и помыть свои тела. Конечно, это не тот душ, который может качественно смыть всю дневную грязь или облегчить боли в спине, но, по крайней мере, это хоть что-то.
— Это зона для мытья.
Я хватаю его за руку и сжимаю.
— Подожди. Зона для мытья? Там зона для мытья?
Я смотрю, как люди чистят зубы и стирают одежду. Все это время? Все это время там была зона для мытья, и он никогда не говорил мне?
Джай кивает, и я сердито смотрю на него снизу вверх.
— Я нашел ее прошлой ночью.
Это объясняет, почему он настолько приятный на ощупь, и его дыхание пахнет мятой. Свежей восхитительной мятой.
— И ты не сказал мне?
Он ухмыляется.
— Я отвлекся.
