Глядя на лицо Джая могу сказать, что быть отслеживаемым из-за личного интереса Черепа — не то, что он хочет или в чем нуждается. Я бы тоже не хотела. От этой мысли по моей коже бегут мурашки.
— Ты был с ним все это время?
Он качает головой.
— Я был с его свитой. Череп не показывался.
Я проглатываю беспокойство за Джая. Быть отмеченным — не хороший знак, но у меня есть другие вещи, о которых нужно беспокоиться. Я прислоняюсь к стене, но нет времени жалеть себя, потому что Маркус, человек, которого я встретила в день, когда мы вошли сюда, просовывает свою голову в нашу комнату.
— Теперь ты, Котенок, — он посылает мне добрую улыбку. — Удачи.
Я чувствую, как вся кровь отхлынула от моего лица. Вот он. Момент, которого я боялась все это время. Интересно, кто мой противник, и будет ли у нее точно такое же телосложение как у меня. Зная свою удачу, это будет жена «Снежного человека» и у нее будут ноги и руки, толщиной, как стволы деревьев.
— Тебе страшно?
Я так же хороша, как труп.
— Что, так заметно?
Он никак это не прокомментировал. Конечно, это очевидно. Он мог почуять мой страх в воздухе. Я могу. Он просачивается сквозь мои поры и прилипает к коже. Это делает мою кровь холодной и заставляет мое сердце неуверенно биться. Пару дней назад Джай рассказал об адреналине, который курсирует по твоему телу перед боем. Он сказал, что это будет чем-то, что накопится до боя и разрядится в тебе, когда прозвенит звонок. Пока я не чувствую никакого адреналина. Все, что я чувствую — это бабочки и осы, гневно кружащие в животе. Я почти уверена, что весь мой адреналин сейчас находится на липкой коже, просачиваясь сквозь поры.
Джай вышагивает по комнате, держа в руках влажную и пахнущую чистотой одежду. В конце концов, он берет в руки черную майку и натягивает ее.
— Ты сделаешь это на отлично.
Я поворачиваюсь к нему, и на его полных губах появляется причудливая ухмылка, когда он смотрит на меня. Неужели я выгляжу такой жалкой?
— Ты так уверен в этом.
— Я уверен.
Я прищуриваю глаза.
— Я не такая как ты, Джай. То, что ты видишь за пределами клетки — это то, кем я буду внутри.
Он хмурится.
— Что это значит?
Я вспоминаю Джая в клетке. Он не был человеком. Он оставил каждую каплю человечности за пределами клетки. Он был животным, и не только я одна была в шоке от проявления его грубой силы.
— Ой, да ладно. Ты видел, что сделал с тем парнем. Ты мог убить его.
Его глаза темнеют, и я уже хочу сменить тему. С другой стороны, кем была бы я, если бы действительно слушала свою совесть? Когда-нибудь?
— Но я не убил.
— Он был в шаге, в одном ударе коленом от сотрясения мозга, или еще хуже, смерти.
Джай усмехается и отворачивается.
— Я бил коленом ему под нос. В худшем случае он потерял несколько зубов. Великое дело.
— Ты даже не дал ему шанс.
Я не знаю, почему защищаю соперника Джая. Думаю, что как-то странно к нему отношусь. Я сочувствую его боли, его поражению и разочарованию, которое он, скорее всего, ощущает.
Джай стремительно подходит ко мне, наклоняясь так, что его лицо находится прямо напротив моего.
— Дать ему шанс? Мы не в долбаной начальной школе, Котенок. Здесь, внизу, это вопрос жизни и смерти. Каждый твой шаг должен держать в страхе всех остальных.
Он смахивает выпавшую прядь моих черных волос со щеки, заставляя меня вздрогнуть.
— Ты не можешь раздавать шансы. Если сделаешь это — ты труп. Им плевать на тебя и твои чувства. Если они захотят ударить тебя по больному месту, пока ты не видишь, то они сделают это. Ты должна начать действовать, как будто знаешь, что делаешь.
Довольный Джай выпрямляется и скрещивает свои большие руки на груди.
— Кстати, ты знаешь, кто твой противник?
Я с трудом сглатываю и качаю головой. Почему это сейчас так важно?
— Ты помнишь свою подругу в душе на днях, не так ли?
Я вздрагиваю. Ох. Мои глаза округляются, и он самодовольно ухмыляется.
— Ты будешь рада узнать, что она сама выбрала тебя, чтобы сегодня драться на ринге. Ты наивна, Котенок, и они чуют этот запах от тебя. Как только ты открываешь рот, твоя слабость выплескивается наружу.
Странное жжение появляется в моих глазах и слезы грозят вылиться наружу. Он прав, но я никогда не утверждала, что вписываюсь в это место. Я никогда не искала это место. Это ловушка, в которую меня насильно затащили. Я не пробыла здесь и неделю, а он хочет, чтобы я была таким же опытным бойцом, как и он сам. Так не получится. Я нормальный человек. Я работаю на нормальной работе, живу в нормальном доме. Я не училась этому. Не хочу быть частью этого. Это «братство» может заставить меня чувствовать себя живой и хотеть этого как никогда раньше, но это не значит, что это я. Это место не для меня. Джай протягивает ко мне руку, и я стараюсь отвернуться, но кончики его пальцев ловят мой подбородок.
— Ты должна пообещать мне, что независимо от того, что произойдет в клетке, ты не отступишь. Не дашь ей шанса причинить тебе боль.
Я шмыгаю носом.
— И как я смогу помешать ей сделать мне больно?
Его голубые глаза наполняются сочувствием, и это так выворачивает внутренности, что причиняет боль.
