− Поговорить о Полукровке, обсудить план поиска затаившихся Фейри. Он надеется, что мы поймаем одного из них и заставим раскрыть все карты. Вал мертва и…
Мое сердце бешено забилось в груди. Не знаю, многие ли Фейри в курсе, что я Полукровка. Вероятно, подавляющее большинство. Мне не сбежать и не укрыться. Случай с Вал − яркое тому подтверждение.
− Рен, Вал не была Полукровкой.
Он нахмурился.
− Я знаю, Кайл думает…
− Полукровка − это я, − прошептала я.
Боже мой.
Вот и все. Я призналась. Сказала правду. Разрушительную правду. Здесь, около здания, которое скорее всего было баром.
Рен поднял брови и приоткрыл пухлые губы. Прошло несколько секунд, а мое сердце бешено билось в груди.
− Что? — наконец, выговорил он. — Айви…
− Это я, − мой голос, как и руки, дрожали. — Я узнала об этом примерно через неделю после сражения с Принцем. Не…
− Погоди, − сказал Рен, подняв руки. — Я не знаю, почему ты так думаешь, и мне глубоко наплевать на домыслы Кайла. Вал — Полукровка. И это логично.
− Нет, это не так, − Я отступила назад, тяжело сглотнув. Слезы подступили к горлу. Я должна взять себя в руки. Я глубоко вдохнула, проигнорировав саднящее горло. — Рассуждения Кайла верны. Если бы Вал была Полукровкой, они бы не рисковали и не допустили бы ее к Вратам в ту ночь. Она бы не вышла сегодня на улицы. Фейри пошли бы на все, лишь бы защитить ее; она должна была быть готова для… Принца. Вал не была Полукровкой.
− Хорошо. Согласен, − Рен провел рукой по растрепанным волосам. — Я понимаю, ты веришь в это. Айви, ты в глубоком стрессе, но…
− Рен, нет, это не стресс. Ты меня не слышишь. Это не бессмысленная теория, которую я выдумала. Я и сама не понимаю, как такое возможно. Ты говорил, что мои родители были влюблены, и нет ни единого намека, что они встречались с другими людьми. Возможно, моя история схожа с судьбой твоего друга. Не знаю, что случилось, но вот она я, − Мои кулаки сжались. — Это я.
Рен безмолвно смотрел на меня, глубоко дыша.
− Это невозможно.
Я резко выдохнула, схватила его за руку и провела мимо зданий в освещенную аллею, расположившуюся во дворе. Пахло сыростью и сомнительными человеческими жидкостями, но это самое тихое место в округе.
Посмотрев в устье аллеи, я увидела прогуливающихся людей, которые не обращали на нас ни малейшего внимания.
− Знаю, я должна была сказать тебе сразу же, как все узнала, но… Я надеялась, что это никогда не произойдет. Я отчаянно верила, что мне не придется кому−либо говорить. Моя ошибка, я понимаю, но… − Я вновь посмотрела на него. Рен сверлил меня взглядом. — Я больше не могу врать тебе. Особенно сейчас, когда они здесь. Не хочу, чтобы эта новость застала тебя врасплох.
Рен приоткрыл рот и глубоко вздохнул.
− Мне жаль, − прошептала я. — Должно быть, я противна тебе.
Рен медленно покачал головой.
− Противна? Ты бы никогда не опротивела мне.
Луч надежды зажегся во мне. Рен хочет сказать, что принимает меня такой, зная мою сущность? Он не выдаст меня и?..
− Не знаю, что творится в твоей голове, но мы с этим справимся, − Рен подошел ко мне и поднял руку. — Я постараюсь понять, почему ты втемяшила себе это.
Волна разочарования потушила мою надежду. Он не верит мне. Боже мой…
− Я докажу тебе.
Рен нахмурился, а на его красивом лице заиграло беспокойство.
− Солнышко, ты не должна мне ничего доказывать.
Сердце пронзила боль, когда я наклонилась, чтобы достать терновый кол, припрятанный в брюках. Наклонившись, я развернулась, чтобы никто не смог увидеть меня. Рен изумился и кинулся ко мне, но было поздно. Я сделала надрез на ладони — на том самом месте, что и раньше. Я шумно выдохнула, когда подняла взгляд, наблюдая за Реном. Я знала, что будет с моей кровью: она забурлит и зашипит. И несмотря на то, что аллея едва освещалась, Рен все увидит. Чертова свистопляска моей крови ненормальна, если не сказать больше.
Рен отскочил назад и споткнулся. Трудно поверить, что он хоть раз терял самообладание. Он побледнел, его губы шевелились, не произнеся ни единого звука.
Сглотнув, я сжала руку и опустила терновый кол.
− Рен, я Полукровка.
Он внимательно смотрел на меня. В его прекрасных зеленых глазах читались ужас и эмоция, которую я не могла распознать.
− Мне жаль. Мне безумно жаль. Я не могла больше тебе врать. Только не сейчас, когда они рядом. Я не прошу тебя скрывать правду ради меня, поступиться своими принципами или рисковать, − безрассудно затараторила я. — Ненавижу себя за то, что взваливаю это на тебя, ведь я люблю тебя… − Я задержала дыхание. О нет. Эти три слова все−таки слетели с кончика языка. Ужас завладел мной. — Рен…
− Ты… что? — прошептал он.
Сердце ушло в пятки. Не могу повторить. Я не смогу заставить себя вновь произнести эти слова.
Его выражение лица сменилось, а изумленный взгляд скользнул от лица к моей руке.
− Ты говоришь, что ты… это существо, а потом признаешься мне в любви?
О, Боже мой.
− Как же так?.. Почему же я сам обо всем не догадался?
Я опустила руки, не зная, что и ответить. Кол, словно тяжелое напоминание случившегося, впивался в бок. Рен пробежался по мне взглядом, качая головой.
− Ты…
