Сжимаю руки в кулачки и медленно разворачиваюсь, в дверях, поглаживая ширинку на брюках, стоит шеф. Наши взгляды встретились. Он сладко и слишком мерзко улыбнулся, затем двинулся ко мне. Я медленно сглотнула и сделала несколько шагов назад, пока попой не уперлась в край его стола.
– Сладкая, ты разве меня боишься? – Его голос звучал тихо, едва слышно, эхом отражаясь от стен почти пустого помещения. – Как же тебе идет эта форма, – мне же сейчас это показалось? Он облизнул свои губы, осматривая меня с головы до ног, я буквально чувствовала, как рентгеновские лучи проходят сквозь меня. Короткое коричневое платье, с глубоким декольте, едва доставало до середины бедра, я надевала черные шорты под низ, чтобы хоть как-то скрыть все, что можно было так легко увидеть. Сверху белый фартук и туфли на устойчивом каблуке, наряд такой, будто я на дискотеку пошла, а не полы мыть. – Всегда знал, что у меня отличный вкус, – Виктор, так звали шефа, коснулся пальцами моей щеки, медленно обводя их вокруг губ. Ощущения от прикосновений, будто клеймо ставили на моей коже, так противно и страшно было одновременно.
– Что вы делаете? – Мой голос дрожал, но ты ведь знаешь, что в таких случаях делать? Правда? Единственное или единственный, на кого я могла положиться в данный момент была я сама. И ничего лучше не придумаешь, как поговорить со своим внутренним голосом.
– Из тебя бы вышла отличная шлюха. Посмотрим, насколько ты хороша в деле, может, и повышение заработаешь, – Виктор резко толкает меня в грудь, устраиваясь между моих ног так, чтобы я не могла пошевелиться. Горячие ладони заскользили вверх по моим бедрам, достигая края шорт. – Неужели ты думала, что меня остановит это? – Кто ж знал, что ты такой кобель, все слова вертелись лишь в моей голове, в горле пересохло так, что я не чувствовала собственный язык, даже губы. – Я с первых минут хотел взять тебя на этом же столе, – он резко дернул вниз ткань, и она с треском лопнула. Глаза горели от жгучих слез. Я думала, что такое бывает только в фильмах. Пошло ухмыляясь, он добрался до груди, резко сжал ее в ладонях, от чего я взвыла, как раненый зверь. Словно сжимая в тисках, он физически насиловал меня, причиняя боль.
Мое подсознание кричало во весь голос, пока я стонала от боли.
Заглотнув побольше воздуха, я изо всех сил толкнула подонка в грудь и спрыгнула со стола. Виктор не растерялся, обхватил меня за талию и вплотную прижал к себе спиной. В меня упиралось что-то твердое. Ужас!
В подсознании я кричала во всю глотку, надрывая голосовые связки, но в реальности не издала ни единого звука. Подогнув ногу, я хорошенько двинула ею прямо ему между ног, каблук сыграл свою роль в этом спектакле.
Подлец взвыл, согнувшись пополам:
– Дура!
Я бросилась бежать, куда подальше от этого места. Лишь бы не догнал. Сбрасывая по пути туфли, я побежала босиком, по холодному асфальту, по снегу. Было не холодно, грела высоченная доза адреналина в моей крови. Я бежала так долго, и так быстро, как могла, пока в поле зрения не появился мой дом.
Беда никогда не приходит одна…
Сколько еще неприятностей свалится на меня? Как долго мне терпеть выходки судьбы, которая так изящно решила со мной поиграть? Она нисколько не щадит, начинает с самого больного, а потом добивает до конца чуть менее значимыми проблемами.
Неприятный осадок так и остался после случившегося. Казалось, куда еще хуже, я потеряла семью, мне срочно нужны деньги, а тут еще этот ненормальный, озабоченный мудак. Я всю ночь не спала, мысли, словно рой пчел, поселились в моей голове и нарочно мешали спать. Царапины на ногах саднили, на лбу образовался синяк, кажется, я получила его при падении. Не включая свет в доме, я на ощупь доползла до лестницы, затем до комнаты. Ухватившись за ручку двери, я попыталась встать на ноги, но они слишком замерзли, я их почти не чувствовала. Согревая холодные пальцы рук, я посильнее укуталась в одеяло, мне все же удалось взобраться на кровать и из последних сил вытащить из-под себя покрывало, положив рядом с собой. Зубы стучали от переохлаждения, я была ледяной, хотя внутри все пылало. Виски больно пульсировали, глаза опухли от слез. Я бы, наверное, так и пролежала всю ночь, уставившись на черную стенку, если бы не усталость, свалившаяся на меня, как каменная плита.
***
Еще один день проходит впустую, за регулярные пропуски меня и вовсе исключат из школы. Рони по-прежнему шлет мне сотни сообщений, на которые мне не всегда удается отвечать честно. После той ночи я приходила в себя почти двое суток, температура «скакала» вместе со мной на кровати, меня трясло и ломило все тело. Если бы не жаропонижающие и куча всяких противовирусных я б до сих пор «умирала» в собственной комнате.
