Сломленные (СИ) полностью

…Маркус бьется с какими-то тварями. Это хорошо. Все Стражи почти передохли, а гарнизон уже окружил дом Арипа. Один приказ — и лучшие воины империи станут историей. Все идет так, как и планировала Видящая. Черт, этот грязный старик его заметил.

— Конрад, помогай!

Эрик вопросительно смотрит. Ну да, ему плевать, кого убивать: хоть друг, хоть враг.

— Мальчишка, давай уже! Или ты яйца дома забыл?

Почему все его оскорбляют? Он же никому не желал зла. Маркус такой же надменный ублюдок, как и остальные. Пусть горит в преисподней.

Рука устремляется вверх; арбалетчики готовятся стрелять по команде.

«Видишь страх в его глазах? Пора возвыситься, будущий генерал».

— Залп!

Рой болтов накрывает выживших Стражей и чудищ. Воины корчатся в муках, монстры рассыпаются в прах, земля пропитывается свежей кровью. Вот он — настоящий триумф. Камень в кулаке пульсирует, наполняет чудесной энергией, от которой тело трепещет.

«Чувствую себя всесильным».

В голове слышен ответ Видящей:

«Многое еще предстоит сделать, Конрад. Убедись, что все мертвы, сожги город и возвращайся. Лисандра доделает начатое».

«А Елена?».

«Скоро, очень скоро».

Эрик недоуменно таращится. Что за болван.

— С тобой все в порядке? У Гретты будут вопросы.

Гретта, Гретта. Сестра поймет, а впрочем, к чему ей знать такое?

— Сожги здесь все.

Фоуст запылал.

****

По ступенькам стекала кровь; мертвые эльфы устилали каждый шаг Конрада и Эрика. Вожака ферксиец насадил на острые камни, торчащие над дверью в храм. Еще живой он боролся со смертью, пытался стащить себя вниз. Конрад безразлично наблюдал за гибелью последнего эльфа. Почему дикарь противится року? Зачем так упорно сопротивляется смерти?

Ферксиец взглянул на заляпанные кровью ладони. Из-за силы, которую он применил, кожа сморщилась, появились темно-коричневые пятна, как у старика, синие вены набухли. Плата за могущество.

Эрик стоял рядом. Хмурый, недовольный. Нерешительный слабак. Так просто отказываться от мечты — удел неудачника. Поэтому он вернет Елену, а Тильда с Бригиттой так и останутся лишь воспоминанием.

Камень надломился; эльф рухнул вниз, разбив голову. Конрад перешагнул через мертвеца и коснулся двери. Эрик опустился на колено перед дикарем; прошептал слова на древнем наречие:

— Od on abra. Пусть путь твой будет легок.

Бум!

Конрад ногой вышиб дверь. Облако густой пыли накрыло ферксийцев. Эрик закашлял:

— Кха-кха, мог просто надавить на череп.

Конрад обернулся, его глаза сияли гнилостным светом Царства Теней.

— Да плевать мне. Ты закончил?

Эрик бросил на товарища тревожный взгляд.

— Хватит, Конрад. Ты похож на сморщенный труп.

Конрад фыркнул, пожал плечами и вошел в храм. Эрик последовал за ним.

Внутри темнота, но сила даров от Видящей не ограничивалась одной боевой мощью. Оба ферксийца мысленно обратились к источнику и тьма рассеялась. Конрад пошел вперед, а Эрик с интересом рассматривал рисунки и замысловатые руны на стенах. Двадцать лет он противостоял демону внутри себя, двадцать лет горевал по семье и вынашивал планы мести. Все оказалось бессмысленным. В погоне за возмездием душа утратила человечность. Уже не так важно, кто учинил резню двадцать лет назад. Тильда бы отвесила ему такой подзатыльник, от которого даже мертвец восстанет. Печаль на миг замерла на мрачном лице. Столько страданий он принес, столько боли.

«Надо было дать себя убить», — подумал он, вспомнив схватку с Никсом.

Неужели Конрад не понимает, что мертвых не вернуть? Все они обычные игрушки в руках безумной ведьмы. Поддались чувствам, поверили в свое превосходство. Какие же они дураки.

— Ты идешь? — Конрад держал руку на рубине в рукояти меча.

Проклятый клинок. Он забрал все хорошее, что было во владельце. Но Эрик все еще верил в друга. Да, он хотел бы снова всей компаний напиться до беспамятства, а потом целый день лежать под сенью деревьев, страдая от похмелья, хотел бы скрестить клинки с настоящим врагом, хотел бы защищать дорогой сердцу дом. Страдания привели Конрада на путь распада, но в нем еще жил свет. Эрик это чувствовал, ведь он не умер тогда в болоте. Милосердие спасло его, милосердие того неугомонного юнца, втравившего всю империю в неприятности. Он может стать прежним. Посредник поможет. Обязан.

— Эльф не соврал, Конрад. Видишь, — Эрик провел пальцем по рунам, — дикари принесли сюда нечто страшное. Древний артефакт из забытой эпохи.

— С каких пор ты стал знатоком в этих корявых бреднях? — Конрад подошел и посмотрел на рисунок эльфа, тянущего к небу копье.

Эрик задумался.

— Посредник пришел сюда не один.

Конрад прикрыл глаза. Сосредоточился.

— Я слышу зов, — прошептал он. — Неразборчивый, но настойчивый. Эгон…

— Никс рядом?

— Да. И Посредник тоже. — Конрад уставился на копье в руке эльфа. — Нужно спешить к сердцу храма.