Когда демон повернулся, Тор оказался совсем близко, Лафейсон даже сделал попытку шагнуть назад, опасаясь очередной вспышки неконтролируемой ярости, только нефилим ему не позволил. То ли взгляд ангела обладал сверхъестественным гипнотизмом, то ли дело было в чём-то другом, но Локи не нашёл в себе сил для сопротивления, когда настойчивая рука обхватила его талию. Демон подчинился. На самом деле он ожидал, что Одинсон всё же решил насытиться кровью. Но уже через миг Тор притянул его к себе и мягко, ненавязчиво начал двигаться под музыку. Локи вторил каждому его движению, прижимаясь теснее. Он ухватился за сильные плечи, чувствуя горячую ладонь на пояснице, другая поглаживала его бок, и эта нежность умиляла. Тор прижался гладкой щекой к его щеке, скользнул губами по скуле, а затем просто спрятал своё лицо, прижался лбом к плечу, словно кот, не сказать, чтобы слишком ласковый, но нуждающийся в объятиях. Локи не хотелось заговаривать в этот момент, не было желания полюбопытствовать: «Что происходит?», хотелось только двигаться. Он давно не испытывал ничего подобного. Локи коротко облизнулся и, потянувшись, сдёрнул резинку, высвобождая белокурые локоны. Нефилим никак не отреагировал, значит, просто позволил ему лёгкое своевольство.
Тор умел танцевать, прекрасно вёл, мог крутить как хотел, женщиной или мужчиной. При жизни, будучи ещё человеком, он посягал на любого, кто был симпатичен, но такого не ощущал никогда прежде. Так нормальные люди испытывают любовь? Именно так выглядит любовь? Нефилим не знал, но ощущения точно отличались от простой жажды подчинить и обладать. Рядом с Локи мир делал сальто, и Одинсон куда-то летел, буквально в тартарары! Но этот полёт стал спасительным и желанным. Баллада заканчивалась, музыка умолкала, и благоговение сменила тишина. Тишина продлилась недолго, на секунд пятьдесят два существа из разных миров просто замерли и смотрели друг другу в глаза. Следующая композиция пролилась бальзамом, но оба так и стояли на месте без движения. Одинсон тяжело сглотнул и произнёс хрипло:
— Я не могу ничего тебе дать, — тыльной стороной ладони он погладил бледную щёку зеленоглазого красавца, что настырно удерживал его взгляд.
— А я разве прошу? — тихо вопрошал Локи, наслаждаясь этой непостижимой нежностью взбалмошного ангела. Между ними искрило, как бы странно это ни выглядело, допустимо или нет — другой вопрос. Для нефилима — вряд ли, а для демона допустимо всё. Генуан не чинит запретов в связях с ангелами или нефилимами. В Ётунхейме даже есть легенда, что если демон сможет перетянуть нефилима на свою сторону, то будет привилегирован. Лафейсон, правда, не слышал, чтобы кому-то это удалось.
— Даже поцелуй для меня подобен удару ангельского копья, — Одинсон произнёс эти слова, словно в муках. — Но я хотел бы.
— Но в прошлый раз… — запротестовал было Локи, и на его губы мягко легли тёплые пальцы ангела, останавливая поток слов и возражений.
— Что-то не причиняет боли, что-то причиняет нестерпимые муки, — Тор разорвал зрительный контакт, снова хотел сбежать от прикосновений, но Лафейсон придержал его за плечо, продлевая контакт.
— Позволь мне самому всё это проверить, м? — взволнованно попросил Локи, для верности ухватив крепкое и неподатливое запястье гостя. — Если почувствуешь дискомфорт, я остановлюсь. Ты ведь прикасаешься ко мне, значит, не всё так плохо, как ты себе напридумывал.
— Локи, правда, не нужно, — напрягся Тор, вырывая свою руку из хватки демона, он чувствовал неуверенность.
— Ты ведь хочешь, — настаивал Локи, показывая, что не готов отступить, он так сдавил руку нефилима, что начал причинять лёгкий дискомфорт. Когда же понял, что перегибает палку и слишком давит, то ослабил хватку и принялся просто уговаривать, как змей-искуситель, едва поглаживая пончиками пальцев. — Прости, ладно, давай хотя бы просто потанцуем. Я не готов дать тебе сбежать, как в прошлый раз, слышишь? Мне мало, мы ещё даже не поболтали нормально, только ссоримся.
— Уже не ссоримся, — ухмыльнулся Одинсон, музыка ему нравилась, а общество Локи, как ни крути, доставляло удовольствие, и, кажется, он был готов уступить этому любопытному демону. — Давай танцевать.
Тор снова позволил себе притянуть Локи в объятия, прижать к себе, предлагая лишь танец под тягучий рок-н-ролл. Что может быть сексуальней рок-н-ролла? Пожалуй, ничего. Лафейсона устраивало и это, он чувствовал себя побеждённым и подчинённым чужой воле, словно не сам пару секунд назад настойчиво не позволял ангелу уйти.
— Я приревновал, — раскрыл Тор свою страшную тайну, Локи удивлённо дёрнулся и посмотрел нефилиму в глаза.
— Вот как? — тёмные брови взлетели вверх. — Серьёзно?
— Абсолютно, — кивнул гость. — К Уилсону. Меня месяц не было, а ты создаёшь впечатление весьма любвеобильного существа, мне кажется, ты постоянно с кем-то трахаешься.
