Находясь как бы еще в младенческом возрасте и живя жизнью первобытных народов, они не могли сразу восприять все достижения своих предшественников и питаться возращенными ими уже плодами. Уничтожены были многие сокровища древнего мipa, ценность которых была непонятна почти дикарям.
Но среди тех сокровищ был один бисер бесценный, который лишь на время мог быть сокрыт в землю. То была Вера Христова, та духовная пища, которой жив человек. Обильные плоды высокого богословия, возросшие от проповеди апостольской, были недоступны и неудобоваримы для той степени духовного развития, на которой стояли народы-младенцы.
Для них снова нужна была апостольская проповедь, нужно было вновь сеять семена Евангелия.
Такими сеятелями и апостолами для славянских племен и народов явились равноапостольные братья Мефодий и Кирилл, продолжившие дело Христовых апостолов.
Славяне в IX веке занимали огромные пространства восточной и средней Европы, на Юге подойдя почти к Царьграду и Солуни, а на Западе занимая даже теперешнюю северную Италию и значительную часть Германии. Но, обитая на земле, через которую прошел св. Андрей Первозванный, они не могли воспользоваться плодами его проповеди, образовав совершенно новое население для тех стран, говоря своим языком и живя своими обычаями и воззрениями. Их сознанию была чужда Христова Вера, хотя сердце их было доброй нивой для семени Христова учения. Нужны были делатели, и Господь призвал и послал их, как некогда двенадцать, а потом семьдесят апостолов. Как, избирая двенадцать апостолов, Христос первыми привал две двоицы — братьев Симона и Андрея, Иакова и Иоанна, были в числе двенадцати также братья Матфей-Левий и Иаков Алфеевы, — так и апостолами славян стали два брата Мефодий и Константин, в схиме Кирилл.
Будучи сыновьями знатного вельможи Солунского, они с детства познакомились со славянами, их языком, обычаями и верованиями.
Получив прекрасное образование, Мефодий был поставлен воеводой в одну из областей, населенных славянами, а Константин всецело отдался науке и, получил воспитание в Царьграде с царем Михаилом III, сделался библиотекарем при храме св. Софии, где были сосредоточены лучшие произведения из всех областей науки.
Все то презрели и оставили братья ради дела Христова. Мефодий оставил свое высокое положение и мip, постригся в монахи, также принял иночество и пресвитерский сан Константин, и оба брата готовы были служить там, где укажет перст Божий. Их знания и полученные от Бога таланты понадобились вскоре для проповеди Христовой веры в разных странах. Сначала они были посланы к Сарацинам, завладевшим в то время Сирией и обитавшим у реки Евфрата. Они был ярыми последователями Магомета и превозносили учение его над христианским. Однако, во многих прениях свв. Константин и Мефодий опровергли все их доводы и показали ничтожество магометанской веры, так, что будучи побеждены словом, сарацинские учители хотели отравить свв. братьев, но не смогли то сделать.
После своего возвращения в Константинополь, вскоре они должны были направиться в Херсонес Таврический, где ныне находится Севастополь, а тогда обитали хозары, исповедовавшие иудейскую веру. Там они обрели мощи священномученика Климента, Папы Римского, ученика св. апостола Петра, сосланного в Херсонес на принудительные работы, а затем утопленного в море за проповедь христианства. Продолжив ныне начатое им дело, святые братья не только проповедовали Слово Божие в том граде, будущей купели Просветителя Руси св. равноапостольного Владимира, но посетили и окрестные северные страны, населенные хозарами. Они вели споры с иудействующими и в них ясно и неопровержимо показали превосходство Нового Завета над Ветхим, и что Ветхий Завет был лишь преддверием к Новому. Победив иудействующих, как и магометан, а также живших там язычников и крестив многих хозар, Мефодий с Константином вернулись в Царьград, взяв с собой часть мощей св. Климента.
Через непродолжительное время им предстоял третий апостольский подвиг, навеки осиявший их немеркнущей славой. Пришло посольство от славянского Моравского князя Ростислава с просьбой прислать проповедников Веры Христовой, говорящих на их языке. Славянские племена стали в то время знакомиться с христианством, но языки греческий и латинский были им непонятны.
Теперь пред братьями открылась широкая дверь для проповеди Евангелия Христова, ибо многочисленные племена славянские пребывали еще в язычестве и полном невежестве. У них не было даже своей письменности и, несмотря на многие душевные добрые качества, они были страшилищем для христианских народов, будучи в состоянии разрушить все стоявшее на пути их. Посылаемым к ним проповедникам нужно было переродить их, чтобы ввести в лоно Христовой Церкви и семью христианских народов.
