Как ни прискорбно, но мне известно и другое. Бывает правда, о которой можно рассказать только с помощью лжи.
Господа, вы боитесь, что благодаря искусству молодежь деградирует. Прошу вас, успокойтесь. Она деградирует не так быстро, как вы.
Господа, вы боитесь, что искусство отравляет народ. Но я прошу вас, успокойтесь. Уж вас-то искусству не отравить. Не отравить вас, неспособных понять прелесть искусства двухтысячелетней давности.
Покорность – это романтическое раболепие.
Создавать что-либо не обязательно должно быть трудно. Но желать всегда трудно. Во всяком случае, желать того, что заслуживает быть созданным.
Желающие узнать свои достоинства и недостатки должны основываться на сделанном ими и посмотреть, что они собираются сделать в будущем.
Идеальный солдат должен безоговорочно подчиняться приказу командира. Безоговорочно подчиняться – значит безоговорочно отказаться от критики. Следовательно, идеальный солдат должен прежде всего потерять разум.
Идеальный солдат должен безоговорочно подчиняться приказу командира. Безоговорочно подчиняться – значит безоговорочно отказаться от того, чтобы брать на себя ответственность. Следовательно, идеальный солдат должен предпочитать безответственность.
Военное образование не более, чем передача знаний в области военной терминологии. Другие знания и навыки могут быть получены и помимо военного образования. Действительно, разве в военных и военно-морских школах не работают специалисты в области механики, физики, прикладной химии, языка? Это само собой разумеется, а кроме того, там работают и специалисты по кэндо, дзюдо и плаванию. К тому же, если вдуматься, сама военная терминология в отличие от научной является общеупотребительной. Таким образом, можно с полным основанием утверждать, что военного образования в чистом виде фактически не существует. И нельзя выдвигать в качестве проблемы то, чего фактически не существует.
Нет ничего более бессмысленного, чем выражение «бережливость и воинственность». Воинственность – это расточительность в международном масштабе. Действительно, разве не расходуют великие державы огромные средства на вооружение? И если не хочешь выглядеть идиотом, лучше перефразировать это выражение так: «бережливость и расточительность».
Думать, что мы, японцы, еще две тысячи лет назад были верны императору и почитали родителей, все равно что думать, что будто бог Сарутахико употреблял косметику. Может быть, вообще пересмотреть все исторические факты?
Японские пираты доказали, что и мы, японцы, вполне способны быть на равных с великими державами. В грабежах, резне, разврате мы нисколько не уступали испанцам, португальцам, голландцам, англичанам, приплывшим к нам в поисках «Золотого острова».
Меня часто спрашивают: «Вам, конечно, нравятся „Записки от скуки“?» Но, как это ни прискорбно, они никогда не доставляли мне удовольствия. Честно говоря, я не понимаю, что снискало этому произведению столь большую известность. Хотя и признаю, что оно вполне подходит как учебник для средней школы.
Один из симптомов любви – неотступная мысль о том, скольких она любила в прошлом, и чувство смутной ревности к этим воображаемым «скольким».
Еще один симптом любви – острое желание находить похожих на нее.
Мысль о смерти, которую вызывает любовь, как мне кажется, имеет в своей основе теорию эволюции. Самки пауков и пчел сразу же после оплодотворения жалят и убивают самцов. Слушая оперу «Кармен» в исполнении итальянской труппы, я в каждом движений Кармен видел пчелу.
Любя женщину, мы нередко вступаем в связь с другой, которая служит ей заменой. И часто делаем это совсем не потому, что любимая отвергла нас. Иногда малодушие, иногда эстетика не позволяют нам ограничиться одной женщиной для наших жестоких развлечений.
Женитьба – эффективное средство регулирования чувственности. Но она не может служить столь же эффективным средством регулирования любви.
Женившись, когда ему было за двадцать, он после этого ни разу не влюблялся. Как это вульгарно!
От любовных приключений нас спасает не рассудок, а скорее слишком большая занятость. Чтобы полностью отдаваться любви, прежде всего необходимо время. Вспомните любовников прошлого – Вертера, Ромео, Тристана – все это люди праздные.
Настоящему мужчине работа всегда была дороже любви. Если сомневаетесь в этом, прочтите письма Бальзака. Он писал графине Ганской: «Если б это письмо обратить в рукопись, сколько франков оно стоило бы!»
